На своем опыте работы в журналистике и сотрудничестве с общественными организациями не раз сталкивалась с проблемой взаимодействия НПО, международных организаций и средств массовой информации.

Как правило, международная организация выделяет гранты местным НПО на проведение каких-то мероприятий, например, информационной кампании по противодействию торговли людьми. НПО выпускает печатную и/или электронную информационную продукцию, оплачивает услуги юриста и исполнителей мини-проекта. Для отчетности нужен один пункт — освещение в СМИ, звонят знакомым журналистам и приглашают на мероприятие.

Что освещать: раздачу буклетов и разовые встречи с молодежью, где им кратко расскажут о рисках и посоветуют использовать путь легальной миграции? Допустим, журналист придет на это мероприятие, сделает фотографии, снимет короткое видео и напишет небольшой текст. Вот тут возникает проблема: а примет ли редакция этот материал и позволит ли ему «выйти в эфир»?

На практике редакторы отвечают: «Если это НПО реализует проект, то ему надо было заранее побеспокоиться о каналах распространения информации и заложить средства на оплату выхода материала в нашем СМИ. Если они не оплатят, материал не выйдет, это же реклама».

Да, рекламная составляющая есть, ведь сотрудники НПО просят журналистов указать название фонда, проекта и обязательно донора! А после выхода материала «не забудьте скинуть ссылочку».

Были примеры, когда труд журналиста пропадал впустую: он тратил время и свои ресурсы на создание материала, а редакция не брала материал — «это реклама НПО и его донора».

Много лет НПО обучают навыкам ведения коммуникаций с СМИ, но каждый раз звучит фраза: «Бюджет проекта небольшой, денег на СМИ не хватило». Но ссылки-то им все равно нужны.

Здесь есть еще один момент: редко какое НПО может противостоять требованиям отчетности доноров о количестве собранных ссылок на вышедшие материалы, в которых должны быть упоминания о фондах, донорах и проектах. НПО рады тому, что получили грант, ведь грантов мало, а желающих на них много, например, в стране около 40 неправительственных организаций, занимающихся вопросами миграции.

На момент получения гранта им не до ссылок, проблема всплывает лишь потом — в ходе реализации или, еще хуже, в период сдачи итогового отчета. Получается, НПО изначально не закладывают в бюджет расходы на взаимодействие с СМИ. Сами виноваты?

Бывает другой вариант: журналист сообщает НПО, что сделает материал по поднимаемой проблеме, без указания фонда, проекта и донора. Иногда НПО вынуждено согласиться на такое обстоятельство. Но и это не всегда получается, редакторы на страже — ни одна неоплаченная реклама не пройдет незаметно. Или мероприятие оказалось проходным, «для галочки», как говориться, соответственно такой же текст.

Когда доноры слышат о таких сложностях между НПО и СМИ, они оправдываются, что сами являются грантополучателями другой, еще более значимой организации, от которой исходит требование ссылок по освещению.

НПО и донорам давно пора пересмотреть внутренние схемы взаимодействия, чтобы журналист не оставался крайним со своей зависимостью с одной стороны от новостных поводов, с другой — от требований редакции. Были предложения: «Если донор выдает грант НПО, то почему бы ему не выдать грант СМИ?».

Цель у всех одна — содействие улучшению жизни граждан, но она как бы выпадает из этого треугольника борьбы за ресурсы.

Сахира НАЗАРОВА.

От редакции: автор статьи-комментария планирует написать расширенный материал о партнерстве СМИ, НПО и донорских организаций в информационном освещении проектов и создании ими лучшей политики по управлению медийным компонентом проектной деятельности.

Фото сайта President.kg

С чего начать? С официальных слов организаторов и представителей госорганов — скучно, неинтересно и новостные агентства это уже сделали. Целью форума было предоставление площадки единомышленникам для обмена опытом, обсуждения состояния современной журналистики, поиска путей развития качественных, независимых медиа как в стране, так и во всем мире. Простыми словами, в течение двух дней каждый участник не раз задумался о том, где он находится сейчас в своей профессиональной деятельности, насколько отстает от мировых трендов и как эффективно использовать доступные возможности для продвижения.

Просачивайся как умная вода

По привычке подавляющая часть традиционных журналистов больше озабочены вопросами создания материалов: поиском тем, источников, сбором и обработкой. Часть из них пытается продвигать себя в социальных сетях через рассылки, но не все умеют делать это грамотно и успешно. Грамотное поведение в соцсетях — это обдуманные действия на каждой отдельной платформе, которые отличаются по составу аудитории, стилю сообщений, методам коммуникации. Если в одной сети есть мессенджеры и более удобные возможности редактирования и распространения, то в другой сообщение ограничено количеством символов и размещаемых фотографий (а пост без фото менее популярен).

На форуме озвучили термин Liquid media — по капле везде, то есть использовать разные платформы. Не копировать свое СМИ везде, хотя есть привязка нескольких соцсетей, чтобы облегчить рассылку, надо понять какая часть жидкости может просачиваться в тот или иной канал. Например, не использовать Твиттер в качестве слива ссылок, что очень характерно для кыргызстанских журналистов. Анализ перехода по ссылкам позволит понять, что наиболее эффективно и двигаться в этом направлении.

Уже вчера осталось так называемое «поведение неандертальца» в сетях через простое копирование ссылки и размещение ее на своей ленте в надежде, что посетители пройдут по ней дальше на источник. Не особо привлекателен способ копирования названия материала и размещения его с ссылкой, зачем дважды писать одно и то же?

На шаг впереди от этих стародавних способов короткая подводка о важности темы, возможно цитата, фото и далее ссылка на материал. А если посетитель ленится кликать на ссылку, то лучше облегчить ему жизнь, разместив полностью материал в ленте соцсети. Зачем ставить читателя перед выбором — нажимать или не нажимать на ссылку? Чтобы что-то получить от соцсетей, нужно что-то давать аудитории через эти самые соцсети. В подводке можно использовать немного описания, загадочности и эмоций.

Иметь свой сайт — хорошо, но не все могут себе это позволить. А вот ведение страницы в соцсетях вполне доступно многим. Если нам нужна аудитория, надо быть представленными на разных платформах и уметь общаться с аудиторией, а не просто раскидывать ссылки. Это и получение обратной связи, ответы на вопросы, анализ посещаемости. Кстати, о последнем немало говорили на форуме. Остался позади этап гонки за посещаемостью, большой трафик не всегда значит большая аудитория. Важнее анализировать вовлечение аудитории, чтобы определить основных постоянных читателей и работать по сохранению этого ядра.

Рыбалка бывает разной

Но и не упускать из виду приток «свежей крови» — новых читателей. В материале должна быть фишка, которая заставить читателя оторваться от дел и обратить внимание на ваш материал, ведь приходится конкурировать в ленте с котиками, бьюти-блогерами, фотографиями друзей и материалами коллег. Внимание читателя как у аквариумной рыбки — всего несколько секунд, напоминает российский эксперт Всеводол Пуля, преподаватель, сооснователь агентства Media Toolbox. Он сравнил связь между редакцией и аудиторией с семьей, где годами выстраиваются доверительные отношения, требующие вложения значительных усилий. «Читатель — реальный человек со своими проблемами и потребностями. Нужен эмоциональный живой разговор. Нужно делать контент, чтобы было удобно читателям, а не редакции».

Он привел пример, когда редакция после размещения новости сообщает о том, какую конкретную пользу содержит эта новость для аудитории, то есть дополнительно разъясняет и показывает ее значимость, чтобы читателю было легче понять происходящее. Это может стать фишкой редакции. Вы программируете поведение через дополнительные аргументы, помогая людям развивать критическое мышление, — добавил эксперт. Таким образом, редакция является своеобразным фильтром, отбирая лучшее для своего посетителя, экономя его время и в то же время информируя о происходящем. Журналист-коммуникатор словно старший брат.

Иногда возникает мысль — в погоне за освоением современных инструментов не наблюдается ли перекос в техническую сторону в ущерб содержательной части? Существует мнение, что современная журналистика притупляет, упрощает, облегчает усвоение материала: чем проще — тем лучше. Но редакторы не согласны с этим, они напоминают о разных жанрах и способах подачи, один из наиболее интересных методах — лонгриды, требующие глубокого понимания темы, сбора большого количества информации и умения красивого оформления. Лонгриды хороши для раскрытия актуальных проблем, разъяснения особенностей, поэтому требуют времени и от читателя.

Журналистика требует знаниz психологии: почему читателя привлекает тот или иной материал? Была рекомендация поработать со списком эмоций для привлечения (другими словами, манипулирования) аудитории.

С разной аудиторией нужно работать по-разному, например, с постоянным ядром через домашнюю страницу, рассылки, лонгриды на сложные темы; с возвращающимися читателями через соцсети и мессенджеры; с новыми — через новости, происшествия, агрегаторы. Как показать читателям, что на сайте есть не только короткие свежие новости, но и глубокие материалы? Через информативный девиз в заголовок. Был совет, что забитая под завязку ссылками главная страница сайта лишь усложняет концентрацию внимания посетителя.

«Создать хороший материал — этого недостаточно, нужно его красиво упаковать и правильно продать» — одна из главных мыслей форума «Медиа топтоо». Уметь это делать должен сам журналист, который постепенно становится и маркетологом. Он создает бренд, умело раскручивает его и поддерживает интерес. Главный редактор популярного издания «Медуза», имеющего ежемесячно стабильно более 10 миллионов аудитории, Иван Колпаков рекомендовал думать более масштабно, «предлагать аудитории взгляд на мир». «Что мы делаем важного для публики? Помимо того, что мы делаем истории, мы выбираем эти самые истории для читателей».

Прежние ценности — истории и этика

Все-таки журналист в первую очередь — сторителлер, пишущий истории. Принципы привлекательности материалы не новы: увлекательные заголовки, дробление текста (хватит бросаться в читателей «кирпичами»), цитаты, фото и видео. «Убиваем в себе перфекционистов — советы в работе с видео в СМИ. Делаем видео из всего, экспериментируем, масштабируем и отказываемся от худшего. Относимся к видео без благоговения», — советует Всеволод Пуля. Работайте на индивидуальность своего медиа, чтобы оно было узнаваемым среди множества других.

Ни в коем случае нельзя забывать и о традиционной журналистике, касающейся этики, сбалансированности, все это остается, как и было. Цель прежняя — быть на страже ответственности интересов общества. Журналистика не исчезнет, не растворится в блогерстве, просто она должна отвечать вызовам современности. И еще немаловажно — умение делать свой хороший продакшн отражается на умении делать хороший продакшн рекламодателей, чтобы снизить зависимость от господдержки и грантов.

Вопрос без ответа

На вопрос одного редактора о градации оплаты труда журналистов, когда одни создают популярные материалы, а другие — умные, эксперты форума не дали конкретных ответов. Прозвучала фраза: «Надо работать на бренд потому, что любишь своих читателей». Каждая редакция оставляет вопрос оплаты за собой, все еще в практике платить по много лет назад установленному минимуму за новость в интернет-издании чуть больше полусотни сомов за новость. Простите, редактора, но это не покроет телефонных и дорожных расходов при сборе информации. Государственные СМИ привязаны к нормативно-правовым актам, где указаны тарифы. К сожалению, в стране оплата труда в журналистике остается невысокой. Отсюда текучесть кадров, поиски сотрудничества с общественными организациями, существующими на гранты, удобное взаимодействие с состоятельными лицами в продвижении их интересов через СМИ. Лозунг о независимости прессы остался лишь эхом.

Также коротко затронули тему медиаграмотности, которую нужно прививать чем раньше, тем лучше. Сейчас этот термин используют журналисты, в последнее время особенно популярны обучающие мероприятия по медиаграмотности.

Были сессии кыргызстанских экспертов по работе с открытыми данными, использованию метрик для изучения аудитории, которые, к сожалению, не вызвали такого бурного интереса, как мастер-классы Колпакова и Пули.

Подытоживая, коротко можно сказать, что форум «Медиа топтоо» еще раз напомнил о том, что журналистам надо думать, анализировать и экспериментировать. И не забывать продвигать своей продукт и себя, ведь журналист — тоже продукт.

Вдохновение для журналистов

Мероприятие завершилось приятным событием — награждением премией «Стремление» лучших журналистов, которые ранее подавали заявки по разным категориям от новостного репортажа до журналистского расследования. Номинанты получили памятные дипломы, а победители — статуэтку, подарок — сотовый телефон, денежный приз и тоже диплом.

Список отмеченных наградой: Элизат Садыралиева, Элиза Акжолтоева, Адилет Бектурсунов, Асель Минбаева, Бейшеналы уулу Тилек, Александра Титова, Таалайгуль Усенбаева, Мадина Шералиева, Салабат Эркитай кызы, Ныяз Ташматов, Гульжан Алтымышбаева, Болот Сатаркулов, Александр Тропейко, Александра Ли, Дилбар Алимова, Владислав Ушаков, Уланбек Эгизбаев, Надежда Хохлова.

После долгого, почти десятилетнего, перерыва в Кыргызстане возобновили вручение этой премии. Жюри оценивали социальную значимость темы, соблюдение международных стандартов, оригинальность подачи, инновации в визуальной подаче материала. Как было отмечено, некоторые участники были номинированы не столько за соответствие критериям, сколько за стремление и верность профессии.

Сахира НАЗАРОВА.

Фото Internews.

На форум в качестве спикеров приглашены известные международные, региональные и местные журналисты и эксперты. Инициатором мероприятия стало представительство Internews Network в КР. О предстоящем ивенте мы поговорили с директором медиаорганизации Элиной Каракуловой:

- Первый вопрос: почему именно форум?

 - В Кыргызстане было слишком мало масштабных событий по ряду причин. Регулярно проводятся круглые столы по свободе слова, законодательству, этике. Однако форумы, нацеленные на успех СМИ в рыночных условиях, включающие в себя рассмотрение таких вопросов как бизнес, реклама, контент, промоушен, брендинг, измерения, давно не проводились.

 - Как появилась идея провести мероприятие?

 - В ноябре 2017 года «Интерньюс в Кыргызстане» запустил трехлетний проект Media-K, финансируемый USAID. Основными целями данного проекта являются повышение самоокупаемости и бизнес-устойчивости медиа, увеличение рекламных доходов и улучшение бизнес-стратегий для того, чтоб у местных СМИ была возможность создавать качественный контент, вести независимую редакционную политику, полагаться на свои фонды, а не на фонды, скажем, политиков или олигархических финансовых групп.

Основная идея заключается в том, чтобы улучшить финансовую устойчивость СМИ для большей политической и редакционной независимости и для повышения качества контента. И конечно же, «Медиа топтоо» будет направлен на передачу необходимых знаний, чтобы СМИ могли выживать в быстро меняющемся мире, где интернет и социальные сети диктуют свои правила, устанавливают свою повестку.

- В форуме примут участие международные эксперты. Какие критерии были приоритетными при их отборе?

- Приедут четыре международных эксперта: Иван Колпаков — главный редактор интернет-издания Meduza, которая является одним из ведущих русскоязычных медиа в евразийском пространстве, Всеволод Пуля – медиаконсультант и основатель Media Toolbox, Мишель Фостер — международный эксперт по бизнесу, маркетингу в сфере медиа, и Андрей Таранов из Украины — сооснователь экспертной группы Kwendi, большой специалист по медиабрендам и метрикам. Почему именно эти эксперты?

Потому что, с одной стороны, у нас была задача охватить индустриальные вопросы телевещания, ведь Кыргызстан перешел на «цифру» в прошлом году и есть очень много вопросов. В этой связи были приглашены Андрей Таранов и Мишель Фостер. Они консультировали многие большие и малые СМИ в медиарынках по всему миру касательно маркетинга, стратегии, медиаизмерений, вовлечения аудиторий.

В первый день форума мы будем обсуждать новую систему электронного телеизмерения – «пиплметр» (Peoplemeter), введение которой обещает качественно и революционно изменить наш рынок в лучшую сторону. Сейчас телевизионный рынок в КР измеряется опросниками и дневниковыми панелями. Крупным международным рекламодателям эти исследования мало о чем говорят, они привыкли смотреть пиплметрические данные, которые считаются более точными, более актуальными.

Эти данные даются вплоть до посекундных и поминутных интервалов, то есть точность в разы больше. И в связи с тем, что полный переход на цифру дал рост количества телеканалов, появились новые игроки, мы хотим, чтобы рынок вырос, вырос объем рекламного рынка и качество отечественного контента.

Поэтому «Интерньюс» в рамках проекта Media-K помогает внедрять на рынок пиплметрическую панель начиная с этого года. Андрей и Мишель будут говорить об этом в том числе. Это первая часть форума.

Вторая часть касается интернета, социальных сетей и онлайн-стратегий. Мы понимаем, что огромная доля рекламного рынка мигрирует в онлайн-сегмент — это неизбежность. В этой связи приглашены Всеволод Пуля и Иван Колпаков — одни из ведущих экспертов в этой сфере, которые знают многое про качественную журналистику, устройство современной новостной редакции. Они знают, как создавать хороший мультимедийный продукт и как его продавать.

И мы постарались, чтоб эксперты были русскоязычными, чтобы наша аудитория хорошо их понимала. Мы приглашаем также местных и центральноазиатских экспертов – Динару Суймалиеву из ТРК «Мир», Рината Тухватшина из Kloop Media, Айбека Куренкеева — I Do Marketing, Валерия Маштакова и Дарью Ермакову — IMS-Казахстан, Анастасию Валееву и Алтынай Мамбетову – «Школа данных в Кыргызстане», Марину Кыдыралиеву и Айдера Бекирова — Ассоциация «Индустриальный медиакомитет».

Мишель Фостер после конференции будет проводить 3-дневный тренинг по вовлечению аудитории. Будем очень глубинно изучать как онлайн-метрики — Google, Youtube Analytics и другие инструменты — могут помочь в планировании контентного наполнения под целевую аудиторию СМИ. Будем глубоко разбираться в данных по телепотреблению, онлайн-просмотрам, изучать на какой секунде на Youtube-канале зритель уходит, анализировать почему так происходит и что делать. Данный тренинг направлен больше на ТВ-редакторов и продюсеров.

- Почему качественный контент – это важно?

- Кыргызстан полностью перешел на цифровой телеформат в мае 2017 года. Этот прорыв дал большой импульс для появления новых телеканалов. За неполный год сейчас у нас в четырех открытых мультиплексах более 50 местных вещателей. Это хорошая тенденция с одной стороны, потому что увеличивается доступ к информации для населения. Но с другой стороны, у нас маленькая страна, маленький рекламный рынок, который не в состоянии удержать такое количество телеканалов. То есть объем рекламного рынка не изменился, а количество каналов выросло значительно.

Это значит, что на тот же кусок пирога претендует большее количество игроков. Как в этой ситуации выжить и при этом сделать так, чтобы контент был интересным и смотрибельным? При этом не забываем, что наземная цифра конкурирует с кабельными сетями, IP и спутниковым ТВ, где очень много иностранных интересных телеканалов. Это говорит о необходимости создавать такой контент, который способен конкурировать с международными, признанными брендами.

Для этого нужно работать с журналистами и редакторами, регулярно читать метрики и адаптироваться, работать с рекламодателями, понимать рынок, мировые и локальные тренды, знать, каким образом все это производить.

- Вы возродили профессиональную премию «Стремление», и это решение вызвало позитивную реакцию журналистов.

- Раньше профессиональный конкурс действительно был, было поощрение профессии. Многие журналисты помнят это и очень хорошо отзываются. Награждение прекратилось, так как один из проектов «Интерньюса» завершился. И сейчас у нас появилась финансовая возможность возобновить премию. Конечно же хотелось бы, чтобы профессиональные журналистские конкурсы проводились на постоянной основе, ежегодно. Пока у нас есть возможность вручать «Стремление» в ближайшие три года. Будем стремиться продолжать премию и в дальнейшем.

- Ваша оценка текущей ситуации в медиа?

- Ситуация парадоксальная. Во-первых, мы перешли на «цифру» относительно безболезненно. Поначалу никто не верил, что в условиях высокого уровня бедности и сложного географического ландшафта Кыргызстан способен совершить такой технологический скачок. Однако, мы это сделали и практически 90 процентов населения поверили в национальный проект и перешли на наземную «цифру», приобрели ресиверы либо телевизоры со встроенным тюнером.

Второй момент: государство консолидировалось по этому вопросу и выстроило свою сеть вещания, а частные каналы – свою. Перестроить сеть вещания из аналогового формата в цифровой – это тоже очень сложный и затратный процесс в условиях нашей географии и экономики. Сейчас, например, для 5 процентов населения, живущего в отдаленных селах, сигнал поднимается на спутник. Это очень дорого, но доступ к информации обеспечивается, и это замечательно.

Третий момент: у нас две параллельные сети вещания, чего нет ни в одной постсоветской стране. Первая сеть построена национальным оператором связи «Кыргызтелеком», через нее вещается социальный пакет программ, вторая построена частной компанией — ОсОО «Цифровые технологии».  Это хорошо для плюрализма, для независимости, для развития. Это касательно «цифры» в Кыргызстане.

Другой аспект связан с рынком. Анализируя многие СМИ с точки зрения рынка, вообще сложно понять, как некоторые из них существуют — в рыночных условиях они бы не выжили. Некоторые редакции выживают на донорские средства, некоторые за счет политических и олигархических источников финансирования. Многие издания убыточны, но тем не менее они продолжают существовать. Это парадокс в нормальных рыночных условиях. С одной стороны, это хорошо для читателя, зрителя, так как предоставляется доступ к различной информации. Однако зависимость СМИ от политических денег негативно сказывается на контенте.

Есть еще один вопрос – высокая зависимость от электоральных процессов. СМИ пытаются выживать и даже зарабатывать во время выборов, однако это чревато тем, что наблюдается некая турбулентность и та же зависимость от политики.

Позитивным фактором является относительно свободный интернет и социальные сети. Кыргызстану важно сохранить свободу интернета и независимость онлайн-медиа, мы над этим работаем, стараемся этот сегмент улучшать.

- Как «Интерньюс» влияет на медиарынок в Кыргызстане? 

- В этом году мы совместно с «Индустриальным медиакомитетом» планируем внедрение нового вида измерений – пиплметрическую панель, о которой я уже говорила. Это революция на рынке. Мы ожидаем рост общего объема рекламы по результатам 3-летней работы и, как следствие, больше устойчивых и качественных медиа.

Наша организация взрастила уже несколько поколений профессиональных журналистов, многие выросли до уровня менеджеров, часть мигрировала в политику, в PR, в другие профессии. Это неизбежный процесс, однако рынок теряет качественные кадры. Мы поняли, что подготовкой медийных профессионалов нужно заниматься на постоянной основе.

Ранее у нас была ежегодная школа по базовым навыкам для ТВ, онлайна и радио. Сейчас этой школы нет, и мы чувствуем острую необходимость ее возобновления. У нас проводятся школы для онлайновых изданий, но для ТВ-сегмента тренингов становиться все меньше.

Поэтому наблюдается большая нехватка хороших операторов, монтажеров, режиссеров, продюсеров, менеджеров и даже финансистов, разбирающихся в медиасфере. Я уже не говорю о журналистах, умеющих читать «большие данные» — их очень мало. По сути все звенья страдают, и мы хотим по возможности возобновить профессиональные медийные школы.

У нас есть еще такое направление, как журналистика данных, которая последние два года в КР развивается, но малыми шагами, поскольку зависит от того, насколько развита расследовательская журналистика, насколько развиты технические навыки журналистов, насколько открыты правительственные данные. Здесь мы стараемся работать как с правительством по раскрытию данных, так и с журналистами: искать и анализировать данные, визуализировать, обрабатывать, делать истории.

Информации сейчас очень много, и нужно уметь обрабатывать массивы больших данных в том числе. В этом плане расследования дата журналистов очень важны. По тем же госзакупкам журналисты «Клоопа» раскрыли использование латиницы в тендерах и фактически остановили эту коррупционную практику. Вспомните тот же хештег #120кресел, когда работа с открытыми данными позволила раскрыть информацию о тендере и отменить его. Наши медиа способны менять политическую культуру и стиль управления, они способны менять общество и улучшать жизнь – и это очень важно.

Интервьюер Асель СООРОНБАЕВА.

Политики порой полагают, что стоят над критикой. Общественности они показывают пальцем на критикующих их СМИ, называя их негодниками, любящими запах грязного белья. Есть такие, которые с каждым днем властной жизни все больше и, самое смешное, искреннее начинают верить, что им нужна особая защита от критики в СМИ.

Упрямый Штраус

Вспомним сюжет из истории Германии, как оказалось, актуальный для дня сегодняшнего Кыргызстана.

Вечером 26 октября 1962 года группа полицейских ворвалась в офис журнала «Шпигель». Обыски, остановка производства, аресты журналистов, в том числе издателя Рудольфа Аугштейна. «Шпигель» подозревали в «разглашении государственных тайн» и «создании угрозы для благополучия ФРГ». Дело в том, что в стране только что завершились учения войск НАТО, об истинных результатах которых собственные источники хорошо проинформировали «Шпигель».

Опубликованный вывод журнала вызвал негодование Франца-Йозефа Штрауса, напролом идущего к должности канцлера Германии. Публикация утверждала, что спустя шесть лет его работы на посту министра обороны Германия будет разбита за несколько дней в случае войны, поскольку, как утверждали эксперты НАТО, армия ФРГ получила самую низкую оценку по результатам учений.

Баварский политик Франц-Йозеф Штраус выступал за ремилитаризацию, агрессивный антикоммунизм, за конфронтацию с советским блоком и главное — чтобы Германия не отказалась от попыток получить атомное оружие.

Тщеславие, склонность к власти порождали у наблюдателей сомнение в подлинной демократичности этого политика.

«Шпигель» еще ранее сформулировал свое отношение к министру обороны: «Убрать Франца-Йозефа Штрауса с дороги к канцлерству, потому что иначе без войны и переворотов оттуда он не уйдет». Журналист «Шпигеля» Ханс Хальтер вспоминал, что друзья и враги политика сходились во мнении, что упрямый Штраус не всегда контролирует свои эмоции. После одной из импровизированных речей в бундестаге в духе агрессивного популизма опытный либеральный депутат Райнхольд Майер сфокусировал сомнения многих: «Кто так говорит, тот не постесняется и стрельнуть».

Издатель «Шпигеля» полагал, что если демократические институты, парламентская оппозиция окажутся слишком слабы или не заинтересованы в том, чтобы остановить прорыв нового Наполеона, то это должно стать задачей СМИ. Свой «Шпигель» он называл «штурмовой гаубицей демократии».

Как душили и отвоевывали свободу слова

У немцев сравнительно не столь глубоки традиции в свободе распространения информации. Лишь в 1919 году конституция Веймарской Республики предоставила «каждому немцу право в пределах общих законов выражать свое мнение в устной, письменной, печатной или изобразительной, а также иной форме».

С приходом Гитлера к власти специальное постановление «Об охране государства и народа» отменило параграф конституции о свободе прессы. Нескольким днями позже Йозеф Геббельс в качестве министра народного просвещения и пропаганды взял на себя руководство «немецкими пишущими и немецкими читающими гражданами».

Что характерно в истории со «Шпигелем», многие из организаторов и исполнителей акции были сподвижниками Адольфа Гитлера.

Операцию в Гамбурге из Бонна контролировал Тео Зевеке, бывший гауптштурмфюрер СС. Прокурор Бубак — член НДСАП с 1940 года. Оперативные команды раздавал госсекретарь Министерства обороны Германии Фолькмар Хопф — член НДСАП с 1933 года, верховный советник юстиции в оккупированной Чехословакии.

Может, и в нашем случае свободу слова решили придушить те же самые, что обслуживали Бакиева и Акаева?

«Шпигель» разгромили бы, если бы не общество, которое обеспокоилось, прежде всего, склонностью к авторитаризму, проявившемуся у, казалось бы, демократических властей Германии. Первыми начали жители Штутгарта. Наутро после арестов 20 молодых людей вышли на улицы с плакатами и заклеенными лентами ртами. Звучал важный вопрос: «Как нам — избирателям — решать свою судьбу без информации?».

До 1962 года в ФРГ не было манифестаций без разрешения полиции. В те дни все изменилось. В Гамбурге, где находилась редакция «Шпигеля», на улицы вышли студенты. В первый месяц после захвата редакции прошло 23 демонстрации в 17 городах ФРГ. С заявлениями к общественности выступили более 600 ученых, сформировавших фронт против правительственной юстиции и самого правительства.

Крах политической карьеры

Активное сопротивление реакции стало неожиданностью для власти и для самих простых немцев. Успокоение после поражения в войне, настрой на экономический успех породили отсутствие интереса к политике. Для жизни был важен один постулат: главный успех — в экономике.

По словам другого сотрудника «Шпигеля» Йорга Меттке, Германия демонстрировала постепенное отключение критического самосознания.

В конце концов оборону министра обороны Штрауса и канцлера Аденауэра прорвут оппозиционные депутаты парламента. Либеральный демократ Вольфганг Деринг заявит канцлеру Конраду Аденауэру: «Я не готов без всяких возражений принять ситуацию, когда людям выносят приговор прежде, чем они побывали в зале суда». На третий день дебатов, ближе к вечеру, депутаты из Свободной демократической партии вынудили Штрауса признать, что он лично звонил в Мадрид и давал указание посольству Германии на арест и вывоз из Испании журналиста «Шпигеля» Алерса.

После отставки Штраус будет в политике, но дорога к должности канцлера Германии уже закрыта для него навсегда.

Аугштейна после 103 дней заключения освободят, позже всех других задержанных журналистов. Спустя два года суд откажет в открытии процесса против Алерса и Аугштейна за отсутствием доказательств.

Единым фронтом

Демонстрации в поддержку журнала были импровизированными, лозунги остроумными, финансовой помощи не было никакой. Люди вышли на улицы, вооруженные решимостью не позволить государству так просто и без всякого сопротивления подавить свободу прессы. Попавшему в беду изданию пришли на помощь разные слои общества: студенты, адвокаты, немецкие и иностранные комментаторы, оппозиционные политики, простые граждане.

Либеральные силы единодушно квалифицировали, что дело против «Шпигеля» является наступлением на свободу в стране.

Государственная власть попыталась реанимировать авторитарную манеру, превратить СМИ в простенький громкоговоритель официальной политики и с помощью репрессивных мер исключить возражения — Йорг Меттке

Издательница «Ньюсуик» и «Вашингтон пост» Катерина Грехэм писала по данной теме: «Рудольф Аугштейн и его журналисты продемонстрировали то, что является стержнем журналисткой профессии: демократия не подвергается опасности, а укрепляется в своих основах, когда государственным авторитетам задают неудобные вопросы, когда их критикуют и когда им противостоят, если необходимо».

Узелки на память

Приведенный выше эпизод из истории немецкой журналистики может оказаться поучительным. Сегодня мы наблюдаем, как распрямляется пружина борьбы за конституционные поправки.

Одним из вытекающих элементов стали несколько исков к ряду СМИ по защите чести и достоинства президента КР и президентской партии. Можно предположить, что существует замысел обанкротить издания либо заставить их замолчать, в том числе отдельно взятых журналистов, в преддверии президентской кампании.

Судебные иски принесут больший вред имиджу политика, не боящегося публичных вызовов, нежели пользы в условиях демократического устройства государства. Многие хорошие дела забудутся, а будут помнить преимущественно, что «любил судиться со СМИ». И не только внутри страны.

Даже далекий японский The Diplomat заговорил о нас в критических тонах, не в последнюю очередь из-за нарастающего давления на СМИ. Осаживать клеветников надо, клевета неприятна и обидна.

Но в мире накоплен разумный инструментарий для отрезвления СМИ, грубо нарушающего журналистскую этику, при этом позволяющий не менять правила игры в демократическом обществе.

Закончить статью хотелось бы словами журналиста «Шпигеля» Йорга Меттке: «Государство научилось сосуществовать с еженедельником, который его издатель сознательно выстроил как надежный орган контроля за верхами, занявшими кресло в аппарате государства, и который видел свою задачу в том, чтобы в лучшем случае на 49 процентов быть за правительство и минимум на 51 процент — против него».

P. S. При подготовке статьи использовалось издание ОБСЕ «Дело «Шпигеля»: пример из германской истории», Вена, 2003.

© ИА «24.kg»

«Жалбыраку» перекрыли доступ в цифровой телевещательный пакет, лишили даже прежнего названия «Сентябрь». Но он пока работает, и если у наших властей еще осталась совесть, им рано или поздно придется отменить несправедливые решения. Но пассивно ждать этого момента тоже нельзя, потому что Кыргызстан без свободных СМИ нельзя представить. Тем более что проблема «Жалбырака» — это уже не отдельная проблема, а системная, ведь еще большая угроза стоит перед «Кактусом-Занозой».

Как известно, эта редакция вместе с ее учредителями Диной Масловой и Нарыном Айыпом, а также экс-депутатом ЖК и авторитетной правозащитницей Чолпон Джакуповой оказались перед необходимостью выплаты иска в совокупности с астрономической для Кыргызстана суммой примерно в 400 тысяч долларов. Повторю – почти полмиллиона долларов! И все же меня не покидает ощущение, может быть – наивное, что ситуацию еще можно как-то отрегулировать.

Иначе как будет выглядеть Кыргызстан и его власти в глазах мирового сообщества, когда у журналистов судоисполнители начнут отбирать все – квартиры, если они вообще есть в их собственности, имущество, офисные компьютеры и даже стулья, на которых они сидят? Как будут власти выжимать из далеко не богатых журналистов их несчастные гроши и что они будут при этом чувствовать? И даже тогда они будут не в состоянии перекрыть задолженность, это понятно. Но что потом – начнут сажать?

Мне кажется, сейчас как раз тот момент, когда властям нужно остановиться, чтобы сохранить свое лицо…

А что касается «Жалбырака», давайте так: один взнос – одна история о краудфандинге. В прошлый раз я рассказывал об опыте британской краудфандинговой платформы The Media Fund. Теперь слушайте другую: российский сайт «Медиазона» (домен zona.media) перешел на краудфандинг, запустив у себя соответствующий раздел. Этот ресурс был открыт в 2014 году участницами скандально известной панк-группы Pussy Riot Надеждой Толоконниковой и Мaрией Алехиной.

«Медиазона» занимается судебной, правоохранительной и пенитенциарной тематикой. Издатель сайта Петр Верзилов объяснил решение редакции тем, что невозможно бесконечно работать за счет грантов, а в силу их журналистской специфики расчет на покрытие расходов доходами от рекламы не реалистичен. Бюджет сайта – 2,5 миллиона рублей в месяц, и журналисты надеются собирать их за счет добровольных пожертвований граждан – спонтанных или на постоянной основе.

Независимые СМИ Кыргызстана неизбежно должны учиться краудфандингу. Там есть свои нюансы, о них в следующий раз. Главное – понять, что это не означает ходить с протянутой рукой. Ну и, конечно, уровень сознания общества тоже решает. Поэтому нужно людям объяснять. Смотрите, даже у не совсем популярных сайтов число уникальных читателей может составлять 5 тысяч. Если каждый ежемесячно будет перечислять «своему» СМИ 500 сомов, то выйдет 2 с половиной миллиона!

Трудно даже объяснить, что значат для наших журналистов такие суммы. И если они будут у них в распоряжении, вы просто не узнаете наши СМИ!

Азамат ТЫНАЕВ.

Фото Азамата ИМАНАЛИЕВА.

Представляем вашему вниманию подборку интересных фрагментов (в вольном переводе) из интервью Фоера журналистке Хоуп Риз, вышедшем на сайте медиакомпании «The Nieman Journalism Lab» — niemanlab.org. В нем он объясняет свою точку зрения на проблему растущей зависимости традиционных СМИ от социальных сетей и делится мыслями, к чему может привести противоречия между технологическими компаниями и медиа:

…Сейчас ни одна медиакомпания не захочет быть первой, кто откажется от социальных сетей, но ведь зависимость СМИ от них становится чрезвычайной проблемой. Это проблематично с точки зрения бизнеса, потому что платформы очень капризны — Фейсбук постоянно меняет условия так, как хочет. Гугл постоянно меняет то, что хочет. Медиа раболепно следят за всем этим, делая редакционные корректировки, которые требуют перераспределения ресурсов. Невозможно, чтобы средства массовой информации были настолько быстрыми, чтобы успевать за всеми этими постоянно меняющимися правилами игры.

…Зависимость от платформ — это не просто сложно для медийного бизнеса, это ужасно. Потому что ценности технологических компаний в конечном итоге формируют ценности всех медиа-изданий, которые зависят от них. СМИ в конечном итоге перенимают дух Фейсбука и Гугла. Фейсбук и Гугл проникают в самую суть редакций, которые полагаются на них ради трафика и, следовательно, ради доходов.

Будущее журналистики — если мы говорим о ней не как о бизнесе, а как об институте — требует, чтобы мы нашли способ выйти из данных платформ. Издатели газет делают интересные шаги в этом направлении таким образом, что предлагают решать проблему социальных платформ как антимонопольную проблему. Они пытаются найти политическое решение проблемы.

Но я также считаю, что нам нужно создавать культурные условия в обществе, которые сделают подписную модель СМИ более привлекательной. Публика уже настолько привыкла получать все бесплатно, что это произойдет не сразу.

…Я культурный критик, а не магистр по бизнес-администрированию, поэтому действительно не знаю, что будет с бизнес-моделью СМИ. Но у меня есть предчувствия. Моя интуиция говорит, что можно создавать и развивать совершенно новый набор ценностей, которые поведут людей в нужном направлении.

Эдвард Бернейс, который был крестным отцом «Public Relations» и племянником Зигмунда Фрейда, писал о связях с общественностью еще в 1920-х годах. Однажды владельцы книжного бизнеса наняли его, что он нашел способ увеличить продажи их продукции, которые упали из-за экономического кризиса. И он придумал блестящее решение, которое состояло в том, что продвигать нужно не книги сами по себе, а книжные шкафы!

Бернейс работал с журналами по интерьеру, и превратил книжные шкафы в атрибут жизни среднего класса. Люди стали покупать модную мебель, соответственно стали продаваться и книги. Я думаю, что-то подобное можно сделать и со СМИ, если вы найдете способ представить СМИ признаком более высокого уровня жизни.

…Каждый должен иметь доступ к средствам массовой информации. От этого зависит основа нашей демократии. Я также думаю, что каждый должен платить за информацию, так же, как все платят за еду. Нам нужна еда, чтобы выжить, но мы не раздаем пищу бесплатно. Мы создаем экономику, чтобы каждый мог покупать то, что ему нужно.

Это так важно, что нам следует подумать о том, как правительство могло бы субсидировать средства массовой информации, как это происходит в Европе и как мы это делали в этой стране в начале, когда облегчали налоги газетам, чтобы их цены были низкими – то есть доступными, и это же касалось почтовой доставки газет и журналов.

Всем нужна хорошая информация, а высококачественные новости стоят чертовски много денег. И тогда такие новости должны что-то стоить и для потребителей. Именно так работает эта экосистема. Вам нужны здоровые элиты, чтобы иметь здоровое общество в целом.

…Журналистика в ярости от того, что она зависима от Фейсбука. Она ищет способы освобождения от него, потому что от этого в конечном счете зависит ее финансовая жизнеспособность и профессионализм. И журналистская этика оказалась не такой сильной, как мы думали, но все же в журналистах еще осталось что-то, что способно противостоять тенденциям. Должен настать момент, когда журналистика просто скажет: «Хватит, мы не можем мириться с этим дальше!».

…Что происходит во всем мире и Америке? Богатые люди покупают средства массовой информации, чтобы контролировать информацию, а также облагородить свою репутацию, потому что газеты воспринимаются как признак гражданской ответственности. Никто бы не возмутился, если бы Цукерберг в какой-то момент захотел купить «Нью-Йорк таймс». Я думаю, что это проблема. Они уже в значительной мере контролируют доступ к информации, и я не уверен, что наша демократия может выдержать такую экстремальную концентрацию информационной власти.

…В журналистике есть обязательство — говорить людям правду, но правда — не основная цель технологических компаний. Я думаю, что они даже ближе к релятивизму — отрицанию абсолютности всего, включая истину. Вы видели это в ответе Цукерберга на кризис, вызванный фейковыми новостями во время последних президентских выборов в США. Он пытался понять, что в этом не так. Это потому, что Фейсбук, Амазон или Гугл должны реагировать на запросы рынка, чтобы дать потребителям именно то, что они хотят. Если потребители желают фейковые новости и пропаганду, то они это получат.

…Проблема в том, что Фейсбук не может регулировать фейковые новости. Займи он твердую позицию против подобных новостей, как бы это выглядело? Если Дональд Трамп продолжал бы тему свидетельства рождения Барака Обамы, которая, я думаю, считается фейком, сможет ли Фейсбук заблокировать Трампа? Но это станет признанием его способности ограничивать и подчеркнет степень его власти. И чем больше Фейсбук вступает в это противоречие, тем больше он наживет врагов, тем больше вероятность того, что будет движение, регулирующее Фейсбук. Я думаю, что Фейсбук в какой-то степени в тупике.

…Я не против алгоритмов. Сами по себе алгоритмы нейтральны — это процедуры и системы. Мы пользуемся ими все время. Но проблема в том, что алгоритмы используются для сортировке информации для нас. И поэтому они становятся источником огромной власти для технологических корпораций.

…Технологические компании уменьшили актуальность медиа-брендов. Когда вы используете Фейсбук или Гугл, вы смутно осознаете, что вы кликаете. Я имею в виду, что вы нажимаете на заголовки гораздо больше, чем на распространителя информации. Это становится гигантской путаницей, где медиа-бренды обесцениваются. Именно это нужно компаниям.

…Различия между СМИ стали размытыми. Меня это очень огорчает, и я чувствую, что это отражается на том, как многое в Интернете становится однородным. Чтобы поддерживать ценность вашего продукта, вы должны быть жесткими в защите идентичности вашей редакции и ваших авторов.

Монетизация – одно из самых страшных слов для СМИ. Хоть термин и многозначный, коллеги поймут: речь идет об извлечении прибыли из медийного проекта, будь то газета, сайт или телеканал. А как ее извлекать, никто только и не знает. Советы профи из-за бугра ничем не помогут – совсем другие условия, совсем другой рынок. Старые бизнес-модели пока работают, но лишь в отношении старых же китов отечественной прессы. Остальным тоже перепадает на «поддержание штанов» от пирога традиционной рекламы, но не более.

Но что делать «новым медиа»? Консервативные рекламодатели не особенно спешат в виртуальность, и значит окупать свое существование практически невозможно, не говоря уже о доходах. Потому и считается, что создавать информационные стартапы у нас способны либо слишком умные, либо конченые идиоты. И хотя никто еще не доказал, у кого из них лучше получается, одно остается точным фактом – даже самая крутая идея обречена на провал, если ее не сопровождает коммерческая успешность.

Когда бабло побеждает зло?

И самыми уязвимыми становятся проекты, продвигающие общественно-политический контент, без затачивания на рекламно-информационное и развлекательное направление. А самыми-самыми еще и те, кто продвигает общественно-политический контент с позиций независимости и естественного для классической журналистики критического настроя в отношении власти. Да и о какой вообще прибыли можно говорить, если в нашей стране проблема для независимых СМИ главным образом состоит в том, чтобы выживать не финансово, а тупо физически.

Серьезность положения доказывается тем, что такие стартаповские масс-медиа нуждаются в альтернативной поддержке и в благополучных странах, где соблюдаются все права и свободы журналистов, и где с той же самой монетизацией очень даже ничего. Но и там все увереннее говорят о том, что настоящая гарантия существования свободной журналистики – это добровольные пожертвования граждан. Если издание знает, что верная ей аудитория всегда будет поддерживать его финансово, то тогда можно быть спокойным, что такое издание никогда не предаст свою аудиторию и не изменит своей миссии.

Финансовый ашар

Если раньше СМИ продавали площади и эфирное время под рекламу, потом добавили продажу контента, то сейчас, по словам зарубежных медиаэкспертов, они должны продавать журналистику, что бы это ни значило. Но главный смысл этих слов, как не трудно догадаться, лежит все в той же плоскости особой миссии прессы, которая под влиянием разных и многочисленных факторов переживает небывалые прежде угрозы, основная из которых – это потеря самостоятельности и статуса общественного института как противовеса стремлению государства все подчинять себе.

Вот почему, например, в Великобритании была создана независимая организация The Media Fund, которая будет собирать деньги для альтернативных медиа, чтобы у них была свобода не только от правительства и бизнеса, но и (внимание!) традиционных корпоративных СМИ, достаточно дискредитировавших себя в последние годы. И число таких фондов растет во всем мире там, где активные граждане и общественные объединения верят в объективные и беспристрастные СМИ, как верят и в их влияние на развитие или защиту демократии, открытости и плюрализма.

Инвестиции в правду

И в Кыргызстане нужны такие же методы поддержки независимых редакций, нужно широкое и постоянное просвещение граждан о важности их существования и добровольной помощи таким редакциям. Нас много, и периодическая финансовая подпитка этих СМИ даже самыми бедными из нас способна кардинально решить проблему как со свободой слова, так и с защитой прав свободных медиа. Вот почему я решил ежемесячно перечислять на счет интернет-телеканала «Жалбырак ТВ» сумму в 500 сомов – это мой личный ответ как журналиста и как гражданина на попытки властей задушить работу прежнего телеканала «Сентябрь».

Для меня очень важно знать, что краудфандинг будет развиваться в Кыргызстане. Кроме нас поддерживать деятельность новых медиа больше некому. Пусть пожертвования каждого из нас будут скромными, но вместе они станут серьезной помощью журналистам, которым не на кого больше надеяться. А наши финансовые вложения трансформируются в их работе в честную объективную информацию. Производство новостей, отражающих реальную картину нашей жизни, требует затрат. Таким образом, мы инвестируем в правду, справедливость, свободу слова и демократию.

Как это сделать?

Все достаточно просто: находите любой платежный терминал, поддерживающий Элсом (сейчас это, кстати, терминалы банков KICB и «Финка», и Qiwi, Quickpay, Terem Pay) и вносите свою наличность на счет номера 0554007849. Деньги поступят коллективу «Жалбырак ТВ», который будет очень благодарен вам за помощь и, надеемся, оправдает ее своей честной журналистской работой. И кстати говоря, в вашей финансовой поддержке нуждаются и другие независимые СМИ и медиаорганизации!

Азамат ТЫНАЕВ.

Фото Оксаны РАХОВОЙ.

Лично я стараюсь не пропускать эти мероприятия. Во-первых, потому что еще жива надежда занять с сокомандниками первое место. Во-вторых, каждая игра – это еще и демонстрация солидарности наших СМИ. Напоминание, что мы все представляем один профессиональный цех, что мы едины, несмотря на различия. Даже обычный дружеский треп с шутками-прибаутками – это уже ценно, не говоря про настоящие деловые разговоры и спонтанные решения по каким-то журналистским проектам.

И увидев анонс игры, посвященной Дню информации и печати КР, отмечаемому 7 ноября, я по привычке обрадовался. Но потом увидел, что организатором значится правительство. Тут что-то внутри царапнуло, но и это еще не было фатально. Тема! Темой устраиваемого кабмином «Квиз Найта» стала его программа «Сорок шагов к новой эпохе». Такого в истории интеллектуальных игр еще не было. А теперь будет — в честь дня журналистов нам предлагают проверить свои знания по правительственной программе.

Я уже молчу про организационные моменты. На моей памяти такое тоже в первый раз – анонсировать игру 30 октября (то есть вчера) и просить команды зарегистрироваться не позднее 31 октября (то есть сегодня). Как будто не на праздничный ивент собирают журналистов, а аккредитуют их на заседание правительства, срочно-срочно. Никого не собираюсь, конечно, отговаривать. Возможно, остальные коллеги сочтут, что все нормально. Но лично мне что-то совсем не хочется идти на это мероприятие.

За все время последних конфликтов между властью и СМИ мы ни разу не услышали от правительства слов в защиту наших коллег, ставших участниками судебных разбирательств – ни открыто, ни намеком хотя бы. Как новый премьер теперь собирается выстраивать отношения с четвертой властью, которая, кстати говоря, восприняла его достаточно позитивно? Подслащивать горькую пилюлю конфетой пиар-мероприятий? И как журналистам, моим дорогим коллегам, будет играться 4 ноября?

Хотя тут не то что сорока, даже одного шага достаточно – признать свободу слова и недопустимость судебного преследования журналистов. Вот тогда можно будет и поиграть. А пока правительство и лично глава кабмина будут и дальше хранить молчание по поводу нынешнего положения с правами средств массовой информации, любые дружественные и праздничные контакты журналистов с ними будут восприниматься как молчаливое потворство дальнейшим атакам на масс-медиа Кыргызстана.

Азамат ТЫНАЕВ.

Если журналисты видят свои Фейсбук-страницы и Твиттер-аккаунты как продолжение или другую форму деятельности своих редакций – это нормально. В умелых руках соцсети способны принести массу пользы. Внимательные читатели могут предупредить об ошибке в статье, которой поделился журналист. Короткий пост обычного пользователя может стать основой новостной заметки или даже началом крупного материала.

Да и тренды диктуют свое. В последнее время для многих сотрудников СМИ соцсети стали даже важнее их собственной работы, потому что они там стали просто жить. Ну и по формату сетевые публикации делать легче – ты что-то нацарапал на своей странице, и это моментально становится доступным массовой аудитории. Появляются информационные издания, у которых нет сайтов, потому что они присутствуют только на социальных платформах, хотя это уже разговор о другом.

Мы ведем речь о случаях, когда личные сообщения журналистов на сетевых площадках приводят к диссонансу между их субъективизмом и брендами представляемых ими редакций. Конфликт интересов здесь объясняется противоречиями между собственной позицией, основанной на пристрастности, предвзятости, том же субъективизме, и реноме вашего работодателя.

Хотите вы этого или нет, люди будут воспринимать написанное вами как точку зрения вашего СМИ, даже если вы будете сопровождать каждый комментарий примечанием, что это всего лишь ваше мнение и что ваша страница – это ваше личное пространство, отделенное от вашей работы и профессиональных обязанностей.

Это безусловно так, но когда речь идет лишь о простых человеческих темах – «котиках-цветочках», погоде, увлечении спортом, отношении к искусству (но и тут возможны исключения, если вдруг вы являетесь сотрудником, например, арт-журнала). В остальных же случаях…

Впрочем, здесь самое время перейти к главному, а именно – рассказать о новой политике авторитетной газеты «Нью-Йорк таймс» по регулированию поведения своих журналистов в соцсетях. Вы можете ознакомиться с этой инструкцией и в оригинале. Фрагменты гайдлайна в русском переводе мы позаимствовали у коллег из российского сайта PRexplore.ru:

Новыми правилами газета подчеркивает важность социальных сетей в контексте журналистики и призывает своих сотрудников проявлять особую осторожность к тому, что они публикуют в соцсетях.

Вот основные инструкции, которых должны придерживаться журналисты The New York Times:

• В постах в социальных сетях сотрудники газеты не должны выражать неподтвержденные позиции, продвигать политические взгляды, выступать в поддержку какого-либо кандидата на выборах, высказывать оскорбительные комментарии и вообще делать что-либо порочащее репутацию

• Журналисты издания должны с особой внимательностью относиться к тому, чтобы не занимать какую-то одну сторону в вопросах, которые The New York Times старается освещать объективно.

Мы всегда четко говорили нашим сотрудникам о необходимости избегать публикации в соцсетях информации, которая наносит ущерб репутации нашей газеты как изданию, выступающему за нейтральность и справедливость.

• Сотрудникам издания следует избегать записей в соцсетях с жалобами на какие-то коммерческие сервисы, товары и услуги.

• Журналистам NYT не рекомендуется вступать в закрытые и «секретные» группы в соцсетях, посвящённые «партизанским» точкам зрения. В случае, если это требуется сделать в рамках журналисткой деятельности, то сотруднику необходимо быть предельно внимательным к тому, что он там публикует.

• Если журналист вынужден удалить или откорректировать пост из-за фактических и других ошибок, он должен сообщить об этом своим читателям в отдельном посте.

Вы можете считать, что ваша страница в Facebook, Twitter, Instagram, Snapchat и прочие аккаунты в соцсетях — это личное пространство, отделенное от вашей роли в NYT. Однако реальность такова, что записи, которые мы опубликовали или «лайкнули», становятся общедоступны. И все, что мы делаем публично, очень вероятно, будет ассоциироваться у людей с The New York Times.

«The New York Times имеет доминирующую силу в соцсетях на протяжении многих лет. У наших аккаунтов десятки миллионов подписчиков. Многие наши журналисты очень влиятельны в Twitter, Facebook, Instagram и на других платформах. Голоса наших читателей, слушателей, зрителей — это то, что помогает нам постоянно улучшать свою работу.

Чтобы оставаться лучшим новостным изданием в мире, мы должны и дальше поддерживать активное присутствие в соцсетях. Но при этом мы должны ответственно подходить ко взаимодействию с социальными сетями и делать это в одном ключе с редакционной политикой» - из сопроводительного письма исполнительного редактора NYT Дина Бакета к редакции.

Именно по этой теме 10 октября в офисе IWPR-Кыргызстан прошел круглый стол «Дрон-журналистика в КР: права и обязанности журналистов». Спикерами выступили директор юридической компании «Прецедент» Фатима Якупбаева, юрист Института Медиа Полиси Алтынай Исаева, начальник пресс-службы МВД Бакыт Сеитов и независимый журналист Эльнура Алканова.

В обсуждении было отмечено, что на сегодняшний день в Кыргызстане, в отличие от европейских стран, не ведется учет и контроль беспилотных летательных аппаратов, что в свою очередь может затруднить процесс привлечения к ответственности операторов дронов в случае падения аппаратов и появления угрозы безопасности граждан.

Констатировано, что использование дронов в журналистике не регулируется законом, в связи с чем при проведении съемок журналистам необходимо отталкиваться от Этического кодекса. Так как не допускается нарушение права территориальной неприкосновенности, для съемок частного имущества необходимо веское обоснование и объект интереса прессы должен быть действительно общественно значимым. Не допускаются так называемые съемки ради интереса, по причине простого любопытства.

- Следует четко различать понятия «Общественно значимый интерес» и «Вмешательство в частную жизнь», между которыми очень тонкая грань. В случае совершения противоправных действий, право публичного лица на защиту частной собственности в разы уменьшается,- сообщила Алтынай Исаева.

Юрист обратила внимание, что простые граждане обладают большей защитой своей частной жизни, чем публичные лица, ведь последние должны быть открыты к критике, что предусматривает законодательство. Это связано с тем, что частная жизнь публичных лиц может пролить свет на общественно значимые события.

На круглом столе также было озвучено, что в России, США и ряде европейских стран ведется учет беспилотных летательных средств, а их операторы получают разрешение на использование дронов. Начальник пресс-службы МВД Бакыт Сеитов сообщил, что дрон- журналистика в Кыргызстане — явление новое, и необходимо проработать закон для ведения учета и контроля дронов в целях соблюдения норм безопасности граждан.

Сеитов добавил, что стратегические объекты не подлежат к съемкам. Однако, как уточнила юрист Фатима Якупбаева, данное утверждение не нашло своего подтверждения в законе о стратегических объектах, законе о защите госсекретов, а также в других нормативно-правовых документах.

Присутствующие журналисты отметили, что часто сталкиваются с запретом проведения съемок представителями госохраны, несмотря на то, что, во-первых, возможность снять на камеру смартфона на сегодняшний день есть у каждого, во-вторых, спутниковые карты позволяют увидеть все объекты в деталях.

Независимый журналист Эльнура Алканова поделилась личным опытом, что запуск дрона при проведении журналистского расследования может повлечь за собой негативные последствия. В ее случае попытка освещения общественно значимой темы была интерпретирована как вторжение в личную жизнь. Она напомнила, что при последней съемке неизвестные лица из частной охраны незаконно ее удерживали и пытались овладеть ее техникой. Но написанное ею заявление так и не рассмотрено должным образом правоохранительными органами.

Специалист сектора внешних связей Агентства гражданской авиации КР Азимкан Абдылдабеков сообщил о том, что на сегодняшний день рассматривается вопрос о внесении изменений в Воздушный кодекс относительно беспилотных летательных аппаратов. Основной упор будет делаться на идентификацию владельцев дронов и выдачу лицензий на их использование.

Участники круглого стола договорились организовать общественные слушания по намечаемому законопроекту, составить список рекомендаций и пожеланий для дальнейшего внесения изменений в Воздушный кодекс.

Асель СООРОНБАЕВА.

Автор фото Тилек Бейшеналиев, © Kloop