Этот пункт был внесен Либертарианской свободной демократической партией, члены которой считают SSR устаревшим и монопольным масс-медиа. Они аргументировали свою позицию против общественного телерадиовещателя тем, что создадут возможность для появления на информационном рынке альтернативных и конкурентных СМИ взамен одного доминирующего, если вместо обязательного налога на содержание корпорации швейцарцы будут тратить освободившиеся деньги на подписку на те СМИ, которые они считают подходящими для себя.

SSR является общественным телевидением, потому ¾ его бюджета составляет специальный налог, который платят все граждане республики вне зависимости от того, есть у них в доме телевизоры и радиоприемники или нет. Таким образом, содержание телерадиокорпорации обходится каждому гражданину страны в 451 швейцарский франк ежегодно, и в год это составляет сумму в 1,2 миллиарда франков. А один швейцарский франк почти равен американскому доллару.

Кстати, как только в мире стала намечаться тенденция изменения способа медиапотребления, которая привела к меньшему покупательскому спросу на телевизоры и радиоустройства, в республике опять-таки был проведен референдум, благодаря решению которого специальный налог стали взимать и с владельцев компьютеров, смартфонов и планшетов с выходом в Интернет, чтобы не допустить снижение финансирования общественного телевидение, которое, в свою очередь, стало обеспечивать и онлайн-вещание своего контента.

И вот жители Швейцарии большинством в 71 процент от числа пришедших на референдум проголосовали за сохранение SSR, потому что считают, что общественное телевидение выполняет важную функцию, знакомя свою аудиторию с новостями на всех государственных языках страны — немецком, французском, итальянском и ретороманском, и тем самым вносит значительный вклад в национальное единство Швейцарской Конфедерации. Одновременно такое решение можно объяснить и неприятием общества сугубо коммерческой концепции развития СМИ. Не случайно до 2011 году официальным слоганом SSR был “Швейцарская идея”.

Для информации: постоянные национальные опросы (референдумы) являются отличительным признаком швейцарского народовластия и элементом системы прямой демократии. Они проводятся четыре раза в год.

КТРК очень сильно зависит от власти. И власть делает все, чтобы общественный, казалось бы, канал давал ту информацию, которая играет в ее интересах. Речь, естественно, об общественно-политическом контенте, а так, конечно, телеканал много чего производит хорошего и полезного.

Простой пример: на КТРК вы не услышите даже намека на критику власти. А значит общественное телевидение сегодня не выполняет свою функцию «watchdog»-журналистики. Я не говорю, что оно с утра до вечера должно ругать власть. Но там должны быть и альтернативные мнения, и даже не столько за счет присутствия в эфире оппозиционных политиков, сколько за счет самих журналистов, которые должны не «мочить» неугодных властям лиц, а искать недочеты действующего президента, правительства и парламента.

Потому что именно из-за этих недочетов мы плохо или неудовлетворительно живем, из-за них мы жалуемся на скверную работу объектов здравоохранения и образования, правоохранительных и муниципальных органов. У нас маленькие пенсии, дефицит рабочих мест, плохие дороги не из-за оппозиции, а из-за правительства. Но чаще всего в ящике нам приходится видеть парадные репортажи и супероптимистические сюжеты о работе министров и депутатов. И о какой контролирующей миссии тележурналистов главного канала страны мы можем говорить?

Конечно, так не бывает — прописать что-то, пусть даже умное и правильное, в законе, а потом ждать, что в жизни все это автоматически реализуется. И по большому счету, я даже не уверен, нужен ли для КТРК отдельный закон. Есть закон о средствах массовой информации, есть закон о телерадиовещании, «чего же боле?» (сегодня день рождения Пушкина, кстати).

КТРК — огромное по меркам Кыргызстана СМИ. Он должен жить и развиваться так же, как и любое другое свободное телевидение. Давайте помнить, регулировать прессу — это всегда плохо. Пока мы думаем, в какие законодательные рамки загнать Общественную телерадиокорпорацию, наши коллеги оттуда, тем временем, должны работать и зарабатывать (да, зарабатывать, пока государство не в состоянии полностью финансировать канал за счет бюджета), вести жесткую конкуренцию со своими коллегами из частного ТВ (а учитывая царящую повсюду мультимедийность, так и вообще со всеми информационными интернет-платформами), бороться за зрительскую аудиторию, завоевывать ее доверие и лояльность.

Как управлять чисто менеджерскими процессами и как работать с бизнес-моделями — это лучше знать самим «кэтээровцам», и без депутатов. А вот в чем мы все, и с депутатами, могли бы помочь главному телеканалу страны, так это как им перестать быть пропагандистским рупором. Но, к сожалению, в проекте закона об этом сказано лишь формальными словосочетаниями без указания конкретных механизмов обеспечения независимости. Иначе зачем обществу нужен такой дорогостоящий отдел информационного обеспечения аппарата президента, кабинета министров и Жогорку Кенеша?

Провозгласить в законопроекте недопустимость вмешательства органов государственной власти в работу Общественной телерадиокорпорации мало. Как добиться этого в жизни — вот на какой вопрос мы должны сначала найти ответ. 

Азамат ТЫНАЕВ, председатель правления Общественного объединения «Журналисты».

Прощальное интервью

Нарушение Общественным телевидением своих контрагентских обязательств перед Радио «Азаттык» было и неожиданным, и предсказуемым одновременно. В прошлый понедельник за две минуты до эфира была снята передача «Неудобные вопросы». Выпуск программы был не совсем обычным – во-первых, ее вела директор Пражского бюро Кыргызской службы Радио «Свободная Европа»/Радио «Свобода» Венера Джуматаева, а во-вторых, гостем был бывший президент КР Аскар Акаев.

Такой неудобный гость «Неудобных вопросов» скорей всего и вызвал переполох как у руководства ОТРК, которое представляет гендиректор Илим Карыпбеков, так и у его невидимых кураторов из «Белого дома». Кстати, факт наличия последних сводит на нет все усилия и финансовые вливания в переформатирование «первой кнопки» в Общественное телевидение, о чем дружно заявляют медиа-эксперты и сами журналисты при каждом подходящем случае.

Прецеденты снятия из сетки вещания передач «Азаттыка» были и прежде, а один раз программа даже была прервана прямо посередине ее показа. Камнем преткновения во всех этих инцидентах было единственное – нежелательное для властей содержание, влиять на которое или контролировать его они не имеют права. Следовательно, мы говорим о монополии на информацию, которую стремится установить ОТРК, чтобы не получать каждый раз пендалей из «БД» за утечку «смутьянского» контента производства вражеского «Азаттыка».

После «неправильного» Акаева «Азаттык» показал «правильную» Отунбаеву — это нормальная работа прессы.

Госдепу «укоротили руки»

Да, этот подтекст всегда является главным козырем для азаттыковских противников, и аргумент, что это СМИ оплачивается за счет бюджета США, а значит сеет у нас чужие политические и идеологические зерна, широко используется для моральной дискредитации Кыргызской службы РСЕ/РС. В нашем поляризированном обществе, особенно для зомбированной его части ругательство «агент Госдепа» — это четкий опознавательный знак со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Хотя на обычную телеаудиторию этот жупел не оказывает никакого действия, потому что психически нормальный человек воспринимает контент передач «Азаттыка» как нормальное и, главное — местное информационное освещение. Судите сами, вот тематика последних десяти передач программы «Азаттык+»:

1. Как проходят армейскую службу солдаты-срочники;
2. Выходки членов организации «Кырк чоро»;
3. Как делят доходы певцы и тамады;
4. Упал ли авторитет конкурсов красоты;
5. Молодежные крылья партий как политическое оружие;
6. Летные профессии – пилот, бортпроводник, аэропортовский работник;
7. Плюсы и минусы усыновления детей;
8. Интернациональная дружба;
9. Незавидная доля невесток;
10. Малайзия какой мы ее увидели.

«Проамериканское» телевидение почему-то рассказывает только про обычные проблемы кыргызской жизни — репортеры «Азаттык+» в самых глубинках страны.

ОТРК — информационная дубинка «Белого дома»?

Как легко убедиться, темы почти всех передач – сугубо наши злободневные проблемы остросоциального значения, в осмысленной пропорции разбавленные развлекательным жанром. Покажите, где здесь «рука Госдепа», где влияние или вмешательство в нашу информационную безопасность или импортирование деструктивного содержания? Скорей всего, это сам ОТРК нуждается в строгом контроле контента, что очень ярко доказал недавний скандал с передачей, где были допущены националистические перегибы, связанные с разделением граждан КР на «львов» и «шакалов».

И это ОТРК, а не какое-нибудь иное СМИ, часто грешит несбалансированной и даже абсолютно односторонней, ангажированной подачей информации, характерной для очернительской и репрессивной журналистики. Демонизация неугодных личностей, подтасовка фактов и высказываний, иногда откровенная дезинформация, готовность выполнять любые приказы властей – давно стали визитной карточкой национального телеканала, который на деле всегда являлся пропагандистским отделом администраций президентов КР.

Конечно, пик профессиональной и моральной деградации ОТРК все же остается в прошлом, и она больше была присуще стилю работы телеканала при бывших главах государства – Аскаре Акаеве и Курманбеке Бакиеве. Не зря именно в те года, когда главный медиа-ресурс страны назывался просто КТР, в народе ему дали унизительное, но оправданное прозвище «черный ящик». Но и сегодня можно наблюдать рецидивы того времени, и это вызывает очень большое опасение.

«Наличие идеологического уклона в СМИ само по себе не проблема. Проблемы возникают тогда, когда на медиарынке нет конкуренции. Тогда спрос на информацию острее, а читателем легче манипулировать», Рубен Ениколопов – профессор РЭШ и Института политэкономии и госуправления в Барселоне.

Серпом по баксам

Но причины, по которой ОТРК в лице его гендиректора Илима Карыпбекова отказал «Азаттыку» в предоставлении договоренного эфирного времени программам «Ынгайсыз суроолор» («Неудобные вопросы») и «Азаттык+», имеют все же двойственный характер. Желание топ-менеджмента канала заместить чужой контент собственной телепродукцией – понятно, справедливо и похвально. Но вот вопрос – будет ли она конкурентоспособной и востребованной у аудитории? При этом для меня важно подчеркнуть, что в целом я далек от повальной критики коллег из ОТРК, которые в трудных условиях стараются делать современное и хорошее телевидение.

Однако хорошее телевидение стоит больших денег. И парадокс состоит в том, что планируя создавать популярные передачи, ОТРК сам же лишает себя значительного объема финансирования, ведь оплата «Азаттыка» за аренду эфира составляет $300 тысяч в год. Да, руководство Общественного ТВ в последнее время часто делает обнадеживающие заявления, что оно ищет новые источники финансирования, оптимизирует собственные расходы и наводит порядок в рекламных поступлениях.

Нужно помнить, что впереди и агитационный период выборов в парламент — то самое время, когда все СМИ готовятся «рубить капусту» за счет политической рекламы партий. Тем более, возникшая проблема во взаимоотношениях ОТРК и «Азаттыка» пока тоже не является неисправимой, ведь как писал Карыпбеков на своей фейсбук-странице, они готовы предложить своим партнерам консенсусное решение по предоставлению любого другого времени, кроме прайм-тайма. «Азаттык», тем временем, пока не отреагировал официальным образом на ситуацию, и как следует из его молчания, там еще надеются на дипломатическое урегулирование возникшей проблемы.

«Неудобные вопросы» всегда были неудобны для ОТРК из-за невозможности влиять на контент программы.

Crime-time

И вот тут возникают вопросы. Что такое прайм-тайм? Это время, которое собирает самое максимальное количество зрителей. Телевизионные маркетологи таким временем называют отрезок между 19.00 и 23.00 часами вечера. И если, в таком случае, мы берем в качестве измерения недельную сетку вещания ОТРК, несложным арифметическим сложением мы убеждаемся, что в распоряжении у «первой кнопки» есть 28 часов чистого прайм-тайма, из которого на долю «Азаттыка» приходится лишь один (!) час, который поровну делится между выходящим по понедельникам ток-шоу «Неудобные вопросы» и молодежной программой «Азаттык+»,

И тут самое время спросить ОТРК: что, оставшиеся 27 часов прайм-тайма у него настолько забиты мегапопулярными передачами, что нет никакого выхода, кроме как лишить своих партнеров единственного часа эфира? Вообще искать здравый смысл в решении Общественного телевидения бесполезно, потому что в нем присутствует лишь голый политический расчет – вытеснить «Азаттык» с главного телеканала, и тем самым лишить зрительскую аудиторию альтернативного и независимого источника информации.

Ну хорошо, допустим персона Аскара Акаева для властей является нежелательной, но что дало срочное снятие интервью с ним? Это вызвало только всплеск лишнего интереса к этому выпуску «Неудобных вопросов». Можно только догадываться, насколько вырос трафик сайта azattyk.kg, где была выложена видеозапись передачи. А что получил ОТРК? Пока ничего, кроме репутационных потерь в качестве делового партнера и укрепившегося мнения о себе, как политически зависимым от воли властей средством массовой информации.

За 10 лет работы телевизионных передач «Азаттыка» была взращена целая плеяда звезд эфира, многие из которых нынче помогают росту рейтинга и самого ОТРК.

Снова «охота на ведьм»?

Хотя сейчас это не подтверждается официально, но стало известно о том, что «Азаттык» начал вести предварительные переговоры с рядом телеканалов, например, с независимым НТС. Более того, как выясняется, Кыргызская служба РСЕ/РС вроде даже как получила лицензию на цифровое вещание, и при старании она в перспективе вообще больше может не нуждаться в заимствованных эфирах. Да и вообще, если те же 300 тысяч долларов, ежегодно выплачиваемых в пользу ОТРК, инвестировать в разработку собственных видеосервисов на платформах мобильного интернета, это было бы идеальным шагом, поскольку аудитория традиционного ТВ все равно будет неуклонно сокращаться за счет роста пользователей «малых экранов» — планшетов и смартфонов.

Главным же интересом ОТРК, похоже, так и останется контроль за идеологической благонадежностью контента своих социально-политических программ. В этом смысле присутствие на канале «Азаттыка» действительно очень сильно диссонирует с «кэтээровским» мейнстримом. Конечно, можно ввести стартапы, можно завлечь приглашенных телезвезд, сделать рефрешинг старых передач, обновить студии и декорации, но откуда взять объективность и непредвзятость, журналистский драйв и даже хулиганство свободного художника, если ты задавлен цензурой?

А устранение партнера и конкурента одном лице – это в первую очередь признак надвигающейся цензуры на ОТРК и усиления пропагандистского прессинга, однобокой политизации национального телеканала, насаждения атмосферы господства точки зрения властей и преследования инакомыслящих. Вот именно это культивирование подозрительности, шельмования и разделения общества никогда нельзя прощать журналистам. В качестве примера можно привести лишь последние скандальные сюжеты про «Вечерний Бишкек», «шпионскую» слежку за правозащитником Нурбеком Токтакуновым и абсолютно странную, реабилитирующую трактовку видеозаписи с уличенными в вымогательстве взятки сотрудниками ДПС.

Экс-президент КР Роза Отунбаева в гостях у Пражского бюро Кыргызской службы РСЕ/РС.

P.S.

Сколько же раз люди способны наступать на грабли? Как можно быть настолько нетребовательным с собственному человеческому достоинству и наплевательски относиться к профессиональным стандартам и этическим требованиям журналистики, чтобы наши коллеги из ОТРК позволяли сильным мира сего каждый раз ломать себя? Есть известное наблюдение, что телевизор «полнит» человека на 10 килограммов. Так вот, «ящик» точно так же увеличивает и ложь, бессовестность и рабское услужение тех, кто использует его для вранья и обливания грязью своих оппонентов, и неважно – добровольно ты это делаешь или по приказу…

Азамат ТЫНАЕВ, зритель ОТРК с 43-летним стажем.