«Газетные утки» появились после заочной словесной пикировки самого молодого члена парламентской фракции СДПК и главы государства Алмазбека Атамбаева. Но выводы журналистов оказались надуманными, по крайней мере, так считает сам Жанар Акаев.

Бывший пресс-секретарь президента КР особо отметил то обстоятельство, что в Жогорку Кенеше он позиционирует себя представителем интересов молодежи Кыргызстана. И с объективных рассуждений, его действительно можно назвать полпредом новой генерации кыргызстанцев. А в том, что Жанар весьма популярен в молодежной среде, мало сомнений.

Ситуацию с не перестающими циркулировать слухами об его уходе из ЖК он разъяснил на круглом столе в Центре политико-правовых исследований 15 декабря. Вкратце, социал-демократ считает сдачу депутатского мандата по причине личных обид политическим малодушием, а что касается якобы недобрых намерений партийного руководства СДПК – этого вроде бы и вовсе нет. Вот прямая речь самого Жанара (в переводе с кыргызского — Ред.):

- Я не сдам мандат, потому что есть люди, которые голосовали и за нас тоже. Может их было 10 тысяч, может 20 тысяч. Есть такие люди, и мы должны для них работать. Тем более, что не было и никакого разговора о сдаче мандата. И президент этого не позволит, я не верю, что он может сказать такое. Потому что президент сам такой человек — всегда ценящий правду и правильные слова. Напротив, было много случаев, когда он поддерживал меня после высказывания критики и острых мнений. Прийти в парламент и затем уйти из-за конфликта, став героем на час, — это неправильно, по-моему. Мы всегда стараемся много делать для поддержки молодежи, у молодежи есть свое место в «Белом доме». И они приходят сейчас со всех регионов. Есть много проблем и кроме молодежных. Поэтому об этом (уходе из парламента – Ред.) нет никакого разговора.

Информация «Власть.kg».

Фото www.

2016 год вообще выдался очень насыщенный. Астрологи объявили, что это Год Огненной Обезьяны, и ждать надо веселый, буйный, богатый событиями, непредсказуемый, игривый год. Надо признать, в этом году астрологи не ошиблись – может быть несколько недооценили, насколько много-событийным и непредсказуемым будет год; вспомнить хотя бы выбор британцев за выход из Евросоюза, неудавшийся государственный переворот в Турции, смерть отца современной узбекской нации Ислама Каримова и избрание горе-шутника Дональда Трампа президентом США. Так и напрашивается, «чем Обезьяна не шутит».

Но в этой статье внимание привязано к внутренним политическим процессам в Кыргызстане: год получился крайне насыщенный политическими событиями и у нас дома. Это и выборы в местные кенеши, и появление групп внепарламентской оппозиции и их аресты, и отставки и назначения премьеров и их кабинетов, и развал и пересоздание коалиции большинства в парламенте, и – конечно же – внесение изменений в Конституцию.

Можно очень долго пересчитывать все более-менее интересные события года, но это было бы неинтересно и слишком описательно. Имеет смысл постараться выудить какие-то стержневые тенденции, события и тренды, которые бы разложили разные элементы в нечто более смысловое. Из таких тенденций года в политической плоскости вырисовываются пять, на мой взгляд, и все они достаточно неоднозначные.

Апогеем всех этих тенденций и главным итогом года, на мой взгляд, надо считать пятый пункт, то, что я называю установлением факта президентского примата над всей остальной властной системой. Но и это наблюдение необходимо рассматривать как нечто неоднозначное и далеко не иммунное к скорым изменениям. Иначе говоря, главный политический итог года нужно рассматривать как достаточно эфемерный, открытый к изменениям итог. Начнем с начала.

1. «Год курьезов с законом»: Целый ряд интересных, спорных, скандальных, а иногда просто глупых моментов имели место относительно законов и институтов, напрямую связанных с законом. В первую очередь, это многочисленные курьезы в связи с Конституцией и изменениями в ней.

Это и надуманный аргумент для масс, что статья 41 Конституции подарила суверенитет страны Комитету ООН по правам человека, и удививший многих набор национальных ценностей в первоначальной версии проекта изменений Конституции, и недоразумения по поводу того, как читать и понимать статью 114 Конституции, и разочаровавшее многих разрешение данного спора со стороны Конституционной палаты Верховного суда в пользу инициаторов референдума, и комическая ситуация с потерей подлинника главного закона страны, и весь спектр удивительных шагов в парламенте по одновременному принятию нового Закона о референдуме и Закона о проведении референдума по внесению изменений в Конституцию.

В числе глупых моментов с законом, помимо споров по Конституции, можно вспомнить первоначальное отклонение закона, запрещающего брак через нике с несовершеннолетними, и по сей день действующий закон об обязательной регистрации иностранцев в течение пяти дней пребывания в Кыргызстане.

Такие отношения с законом, особенно выявившие себя в уходящем году, говорят о крайне слабой правовой культуре в Кыргызстане, и в первую очередь, среди правящей элиты страны. В ситуации, когда повсеместно говорится об усилении верховенства права и к этой цели привлечены немалые средства международных доноров, как обходились с правом в Кыргызстане в 2016 году крайне негативно сказывается на возможности усилить веру в закон среди простых граждан.

2. «Год выяснения отношений»: Вторым систематическим явлением года можно выделить то, что очень много людей на политическом Олимпе страны в очень разных формах и тональностях выясняли свои отношения. «Ата-Журт» и «Республика», а точнее Камчыбек Ташиев и Омурбек Бабанов, например, по-доброму выяснили, что дальше не могут идти как одна партия. Более болезненно шел процесс выяснения отношений между премьер-министром Темиром Сариевым и лидером фракции «Кыргызстан» Канатом Исаевым, который закончился тем, что ушло в отставку правительство. Можно отметить также и развод правящей коалиции, когда социал-демократы уличили своих бывших соратников в связях с Акаевым и Бакиевым, и в стане оппозиции оказалась не только партия «Ата-Мекен», но и «Онугуу-Прогресс» с ее лидером Бакытом Торобаевым.

Но самым болезненным и политически весомым явлением были выяснения отношений между Президентом Атамбаевым и рядом других политиков, главным среди которых был Омурбек Текебаев. Частичными жертвами этого скандала пали торжественность 25-ой годовщины независимости страны, легитимность экс-президента Розы Отунбаевой, аура единства среди членов Временного правительства, и – что не так маловажно, как может показаться – непубличный образ жизни и деятельности градоначальника Бишкека Албека Ибраимова.

Конфликты, расхождения и примирения среди политической элиты Кыргызстана никак не являются редким явлением, однако 2016 год настолько изобиловал ими, и конфликт между Атамбаевым и Текебаевым стал настолько публичным, что осадок от совокупности всех этих событий среди народа был далеко не самый приятный, и далеко не в пользу кого-либо.

3. «Год политического перфоманса»: Многочисленные раздоры среди политиков страны были не только просто конфликтами, но и политическими выступлениями; подчеркнули театральную или спектакулярную сторону политики Кыргызстана. Самым зрелищным событием, конечно же, были ВИК, и торжественное и очень позитивное выступление президента на открытии Игр в какой-то степени сгладило его выступление неделей ранее. ВИК были не просто и не только культурно-спортивным событием, а еще и важным политическим перфомансом: это было то феерическое, воодушевляющее, заставляющее позабыть обо всем остальном зрелище для простого народа и для мировой аудитории, которого хотелось давно, но не получалось.

Но на политической сцене также имели место ряд примечательных перфомансов. Это и стиль премьерства Темира Сариева, от которого некоторым другим амбициозным политикам становилось не по себе, и самоназванный «Народный Парламент» с доселе забытым Бекболотом Талгарбековым во главе, со своими угрозами и обещаниями в тональности бравадо, и Омурбек Текебаев с чередой громких пресс-конференций и выступлений на разных площадках. Не стоило бы и отмечать здесь агитационные перфомансы политических партий перед выборами – ведь предвыборная кампания и есть по определению перфоманс – однако трудно их не вспомнить хотя бы потому, что они удивили даже уже привыкших к обещаниям избирателей своей дерзостью и радикальной насущностью.

Но, конечно же, главные перфомансы все-таки делал президент – его неповторимо характерные пресс-конференции, выступления и заявления, полные непредсказуемых откровений, эмоций, метафор и свободных мыслей. В каждом из своих выступлений президент выстраивал часть очертаний своего видения по текущей политике Кыргызстана, его внешних отношений и его будущего – и каждый раз с неиссякающей колоритностью.

Перфомативность в политике Кыргызстана не есть некий эксклюзив; такая тенденция присутствует в политике везде и давно. Что удостаивает выделение этого политического тренда в 2016 году, это, опять же, крайняя интенсивность, плотность, и в какой-то степени яркость театральности в политике страны в этом году.

4. «Год партии президента»: Для многих, кто следит за политикой Кыргызстана в более прагматическом ключе, очевидны активные процессы в Социал-демократической партии Кыргызстана – партии Президента Атамбаева, как он заявлял однажды и подразумевал много раз. Год начинался с новоиспеченным парламентом, в котором наибольшее количество голосов получила партия президента под главным лозунгом «Поддержим Президента!» именно потому, что она – партия президента.

Что происходило с этой партией, чем она занималась, чего она добилась, на мой взгляд, является одной из важных политических тем уходящего года – и не обязательно в том смысле, что партия только усиливалась по восходящей линии, хотя это наблюдение и напрашивается. То, что премьер-министр и многие члены правительства от этой партии, так же, как и спикер парламента и лидер парламентского большинства, тому явственные подтверждения. То, что прошедшим летом партийная организация обновила ряды своих лидеров и там оказались почти все более-менее важные чиновники из близкого круга президента – второе весомое подтверждение.

Но были и отдельные моменты затруднений для партии. Один промах партии под конец года был в том, что ей пришлось создать коалицию с двумя не самыми желанными фракциями, когда более важная «Республика-Ата-Журт» отказалась – совершенно рационально – участвовать в коалиции. Партия также взяла на себя роль главного спикера в пользу внесения изменений в Конституцию, тем самым оказавшись в весьма затруднительных положениях в ходе споров. По итогам выборов в местные кенеши в декабре, СДПК была либо очень успешна, либо не очень, на усмотрение обозревателя, так как она получила наибольшее количество мест почти везде, где были выборы, но не получила абсолютного большинства почти нигде.

Траектория развития роли и веса СДПК в политике Кыргызстана крайне интересна тем, что она не создавалась как партия власти, а наоборот, большую часть своего пути прошла как оппозиционная партия. Станет ли партия с такой историей обычной партией власти, как характерно для многих постсоветских стран, или нет – пища для наблюдений политологов.

5. «Год президентского примата»: Все предыдущие явления интересны и важны по-своему, однако, наиболее важным развитием для страны, для текущего и будущего курса развития политики в следующие несколько лет, надо считать последнее явление – окончательное выявление того факта, что все-таки Президент Атамбаев является главным источником, автором и вершителем всех важных политических вопросов в стране.

Конечно же, президенту есть оппозиция и по каждому его шагу высказывается критика, и речь не идет сейчас о том, что он обрел полную и сильную форму авторитарной власти над всеми. Речь даже не столько в том, что президент выявил доминирующую позицию по отношению ко всем другим политическим силам, сколько то, что ядром правления – источником важнейших инициатив, проводником их смыслов, локомотивом их реализации – является он, а не парламент или премьер-министр и его правительство.

Это явление, само по себе, не может удивить никого, так как доминирование президента – явление весьма знакомое для Кыргызстана. Но оно примечательно по двум соображениям: во-первых, по существующей и даже по подкорректированной Конституции президент не предполагается настолько доминирующей фигурой. Декларативно Кыргызстан стремится к парламентской форме правления. Во-вторых, данное явление противоречит заявлениям самого президента, который является главным спикером в пользу парламентского правления и систематически говорит об опасностях сильного президента, способного легко превратиться в дракона.

Помнится, депутат от СДПК в прошлом созыве парламента Абдыманап Кутушев отметил парадоксальное для Кыргызстана явление, когда президент заявляет, что у него по Конституции слишком много полномочий и власти, и инициирует вопрос передачи части этой власти парламенту и премьер-министру. Кутушев, правда, не стал подчеркивать, что такое перераспределение нынешний президент больше оставляет следующему президенту, чем себе. А какие силы, институты или партии в реальности выиграют от данного перераспределения власти, предстоит нам увидеть уже в ближайший год.

Примат президентских предпочтений наблюдался во всех важных вопросах, но главным событием, выявившим данное обстоятельство, было внесение изменений в Конституцию. Ни у кого в Кыргызстане не осталось сомнений, что именно президент является главным инициатором этих поправок; на самом деле, мало кто может назвать хоть кого-нибудь другого, кто поистине и по совести ратовал бы за эти изменения, если бы президент их не хотел.

… Этим последним явлением года можно подытожить все процессы в политике Кыргызстана за год; точнее, все важные процессы и тенденции привели к главному политическому итогу года – установлению факта примата Президента Атамбаева в текущей реальной политической конъюнктуре. И курьезы с законом, и выяснения отношений между разными политиками, и вся перфомативная политика, и процессы касательно СДПК – все они в конечном итоге имели вклад в выявление этого факта.

Как будут идти процессы в следующем году, сейчас невозможно с какой-то точностью предугадать. Непредсказуемость касается даже того факта, что установился примат президента. Факторами, способными повлиять на президентское первенство, можно рассматривать несколько вещей: это и Конституция в ее измененном варианте, это и просто сам факт того, что был проведен референдум, не дожидаясь 2020 года, это и предстоящие президентские выборы, которые уже начинают активизировать политической брожение среди аспирантов на этот пост, и – конечно же – все усиливающийся хронологический факт того, что нынешний президент работает в режиме «хромой утки». Все эти названные факторы в совокупности с тем, что политическая арена в Кыргызстане всегда была склонна к фрагментации, подчеркивает актуальность того, что политолог Генри Хейл назвал «политикой патронажа», которая в нашем случае может привести к резким пертурбациям.

Впору здесь вспомнить, что по китайскому календарю год заканчивается в феврале, и игривая Огненная Обезьяна еще имеет кое-какие права. Хочется сказать, чем бы Обезьяна не тешилась, лишь бы она не рушила покой, свободу и стабильность в Кыргызстане.

 Эмиль Джураев, статья написана для Центра политико-правовых исследований.

Фото center.kg.

Открытое обращение Темира Сариева к лидерам парламентских фракций, инициаторам законопроекта о внесении изменений в Конституцию КР:

Уважаемые лидеры фракций ЖК КР!

В рамках общественного обсуждения по проекту изменений Конституции Кыргызской Республики хочу высказать свое мнение.
Я внимательно слежу за ходом обсуждения и вижу, что существует много разных мнений от полностью «одобряю» до категорически «против». Очень важно учитывать все обоснованные мнения и не отвергать ни одно из них, если оно реально может послужить обществу.
Как известно Конституция это основной закон страны, который является одновременно правовым и политическим документом. Это своеобразный общественный договор, который заключается путем всенародного обсуждения, достижения консенсуса по наиболее важным вопросам и закрепления его в правовых нормах, имеющих обязательный характер для каждого гражданина.
Действующая Конституция была написана и принята именно таким способом. Все мы помним, какие драматические события были в 2010 году, с каким трудом мы шли к принятию нашей Конституции. Народ заплатил высокую цену за нее и все мы несем ответственность за этот документ.

Исходя из вышеизложенного следует отметить несколько ключевых моментов, которые важны для обеспечения легитимности нынешнего процесса обсуждения изменения Конституции:

- Период, предложенный вами для общественного обсуждения – 30 дней – крайне мал. За это время очень сложно провести обсуждение, собрать все предложения, провести их экспертизу, внести или наоборот отказаться от их внесения в проект Конституции;
- Если это всенародное обсуждение, то кто будет собирать народные предложения, кто будет их оценивать? Очевидно, что если этим будут заниматься партии, находящиеся во власти, то легитимность таких процедур будет подвергаться сомнению.
Поэтому необходимо создать специальный орган – Конституционное совещание, в который должны войти не только представители действующей власти, но и оппозиция, а также известные эксперты-правоведы. Только в этом случае всенародное обсуждение может считаться полноценным, а качество новой Конституции будет на высоком уровне.
- Последние 6 лет мы все прошли непростой путь, но многое было достигнуто и сделано совместно властью и обществом. Одними из главных наших общих достижений я считаю мир, общественное согласие, способность власти слушать и слышать мнение граждан.

Есть сторонники конституционной реформы, но есть и противники. Это надо признать. Поэтому нужно обсуждать реформу Конституции, обеспечивающая при этом справедливость, объективность и прозрачность. Нужно выслушать мнение всех значимых общественно-политических сил, всех компетентных специалистов в этой области. Нужно найти консенсус в этом очень важном для всех вопросе. Только в этом случае мы можем получить общественный договор – Конституцию – которая будет служить всему обществу. Все мы граждане одного Кыргызстана и главный закон страны должен объединять нас, а не разъединять.

Темир Сариев.

Разговор по душам

Летние пресс-конференции президента Кыргызстана становятся уже маленькой традицией: в прошлом году 27 июля состоялась первое такое общение АлмазбекаАтамбаева с представителями отечественных и аккредитованных в стране зарубежных средств массовой информации. В этот раз «встреча без галстуков» между главой государства и журналистами прошла 1 августа в том же самом месте – в этнокультурном комплексе «Рух-Ордо», который расположен у самого берега Иссык-Куля в центре курортной столицы «кыргызской жемчужины» Чолпон-Аты.

Что скрывать, интерес прессы к персоне лидера страны и всему, что он говорит, неизменно высок. Оголенная искренность президента, граничащая с саморазоблачением, вкупе с его неистовой импульсивностью делает его настоящим «подарком» для пишущей братии. Слушая Атамбаева, легко представить картину, в которой вы – его личный психотерапевт, а он – ваш клиент, удобно расположившийся на мягком диванчике. Вот он обнял подушечку, взгляд на потолок, поджал колени, и говорит, говорит…

И уже не первый раз слышу от коллег, что именно эта откровенность президента часто компенсирует ту резкость, а может и беспардонность высказываний, от которой с непривычки может взять оторопь. Но суровые кыргызские журналисты привычны ко многому, так что ведут себя соответственно характеру самого Атамбаева – тоже пишут все как есть, не пытаясь смягчить или переформулировать его мысли. Эффект, надо сказать, получается отменный. И когда знакомые медийщики из-за рубежа спрашивают меня в переписке: «А что с вашим президентом?», я уверенно отвечаю: «С ним все нормально!».

Ситуэйшн под контролем?

Вот и в этот понедельник, присутствуя на встрече Атамбаева со СМИ, мне показалось, что президент всем своим видом пытался показать, что у него все пучком, что в его лице мы имеем дело с «политическим мачо». У меня до сих пор не было времени пересмотреть полную видеозапись пресс-конференции, но если не ошибаюсь, в этот раз он обошелся даже без своей традиционной оговорки, что он никого на свете не боится, кроме бога. Что ж, никто не спорит, что вера в себя и свои силы – необходимое и полезное для человека качества. В конце концов, полную оценку президентства Алмазбека Шаршеновича мы дадим после года и трех месяцев, оставшихся из его срока.

Пока же нужно констатировать, что передать свою уверенность остальным кыргызстанцам, которым не нашлось места на седьмом этаже «Белого дома», у главы государства получается не очень-то и хорошо. Нет, кыргызстанцы в целом, конечно же, не падают духом и полны оптимизма. Но оптимизм этот большинство населения связывает не с нынешней когортой высших госуправленцев, а с неведомым им пока племенем молодых реформаторов со свежими идеями и абсолютной непереносимостью коррупции. Это ничего, что никто толком не знает, откуда возьмутся наши «чикагские мальчики» и кто они, главное – верить и ждать… Судьбе назло…

Итак, что же больше всего запомнилось в ответах Атамбаева? Главная интрига разрушилась практически на первых вопросах: президент уйдет в срок, Конституцию переписывает не под себя, больше никаких политических руководящих должностей занимать не будет, преемника искать не станет, готов принять любого выигрывавшего кандидата на президентство, главное – чтобы он не был вором. Коротко и ясно. А вот убедительно или нет – судить не мне. И причина отсутствия безоговорочного доверия лидеру страны как раз в намечающемся изменении Конституции.

Зачем понадобилось редактировать Основной закон – вопрос спорный. Ценой непростых и драматических уроков из новейшей истории Кыргызстана наше общество, казалось, убедилось в порочности практики любых конституционных реформ, которые ничем хорошим не заканчивались. Как Атамбаев, по натуре будучи человекомдостаточно взвешенным при принятии решений, несмотря на внешнюю эмоциональную реактивность, мог решиться на повторение чужих ошибок?

Правительственный кризис по заказу

Тем более, что серьезные юристы-конституционалисты уже указали на вопиющие изъяны в предлагаемых поправках Основного закона. Да и мы знаем, что вся 23-летняя история Конституции Кыргызстана учит нас тому, что для властей она нужна была, в основном, для того, чтобы ее не соблюдать, а обходить. И если гнаться за призрачной «идеальной» Конституцией, то мы обречены на ее постоянное переписывание. Кто даст гарантию, что после ухода Атамбаева с поста президента кто-то тоже не захочет стать автором очередной редакции?

Возьмем, к примеру, атамбаевский аргумент в пользу изменений по одному пункту – возможности премьера уволить какого-нибудь министра в случае потери доверия. И он даже привел недавний пример, когда случился последний правительственный кризис из-за непреодолимых разногласий бывшего главы кабмина Темира Сариева и экс-министра транспорта Аргынбека Малабаева. Хотя всем, кто достаточно прожил в Кыргызстане, известно, что достаточно одного звонка сверху, и любой министр, ставший неугодным, соберет вещички и освободит кабинет за пять минут, и даже пикнуть не посмеет.

Помните случай из акаевских времен, когда тогдашний министр образования Ишенкуль Болджурова позволила себе кинуть камень в огород первой леди Майрам Акаевой за то, что на каком-то помпезном, но бесполезном мероприятии за госсчет гостям разливали шампанское стоимость в 600 долларов за бутылку? Уже после того, как интервью с ее критикой вышло в газете, ей предстояло лететь с членами правительства с визитом в Ташкент. И только в аэропорту, практически у трапа, ей неожиданно говорят, что ее фамилии в списке делегации нет. А едва доехав назад в свое министерство, Болджурова только там узнала, что она больше не министр.

Точно так же трудно поверить в то, что Атамбаев был не в курсе либо же не в силах вмешаться, если бы он на самом деле считал еще до начала строительства автодороги Балыкчы – Корумду, что этот транспортный проект – диверсия. Однако он обвинил именно в этом правительство Сариева, хотя все знают, что аппарат президента – это важный центр принятия решений, мимо которого и муха не пролетит без разрешения. Почему Атамбаев так поступил, знает только он.

Зачем нужны два медведя в берлоге?

Поэтому для Кыргызстана вообще не принципиально, кто тут будет главным – президент или премьер. Нам нужен просто один сильный и справедливый управленец, чтобы мы всегда знали, кому конкретно говорить спасибо в случае удач и побед, и кого заслуженно ругать из-за ошибок и просчетов. И парадокс в том, что Атамбаев, хвалясь тем, чтостарается убрать из Конституции «мины», на самом деле может заложить в нее «атомную бомбу», усиливая полномочия премьера, и оставляя президента практически такой же сильной фигурой, как и сейчас.

И опять закрадывается подозрение, что так делается намеренно. Ведь тут может присутствовать простой расчет: если Атамбаев больше не будет претендовать на ключевые посты в иерархии власти, а каким-то образом ему нужно будет позаботиться, чтобы будущее первое лицо страны не смогло при желании устроить на экс-президента политические гонения (ну вдруг?), то значит нужно сделать так, чтобы ему смог противостоять кто-то, кто также обладает достаточным весом и полномочиями, чтобы нейтрализовать или блокировать все потенциальные угрозы гарантиям безопасности (конституционным, кстати!) Атамбаева как будущего экс-президента, поскольку эмигрировать из Кыргызстана, по его заверению, он никуда не собирается.

Но это пока немногие замечания по предлагаемым поправкам в Конституцию. Там есть, конечно, еще куча всего, но, во-первых, есть еще время для обсуждения изменений, во-вторых, это ведь такой старый политтехнологический способ: сначала испугать массой непопулярных идей, потом убрать из них самые одиозные, чтобы общество еще и обрадовалось, что смогло добиться «уступок» от властей. Ну как мы в жизни, когда хотим наверняка занять денег, просим вначале сумму гораздо больше требуемой, чтобы кредитор даже с удовольствием отдал нам сумму меньшую, как ему кажется, но ровно такую, какая нам на самом деле и была нужна.

Не все так плохо

В остальном вся пресс-конференция президента носила весьма конструктивный и позитивный характер: «ноль первый», как уже подчеркивалось в начале, был бодр, уверен, весел. Мы всего лишь попытались в сегодняшнем обзоре отыскать в его ответах те самые «мины», которых, в принципе, оказалось немного. Подавляющее количество ответов содержало адекватную информацию, порой президент не жалел от журналистов даже инсайдерской информации.

Четкие посылы в адрес внешнеполитических партнеров, что манипулировать Кыргызстаном бесполезно, внятный ответ всем сторонникам радикализма и скатывания страны в дремучую фанатичную псевдорелигиозность, что мы можем им купить билеты и отправить туда, где они смогут свободно ходить закутанными (правда, как там с другими свободами – другой вопрос), подтверждение приверженности парламентскому пути развития и системе демократических ценностей, защита межнационального единства и равноправия на примерах необходимости исключения из паспортов «пятой графы» и соблюдения полиэтничности в парламентских фракциях - это и многое другое можно расценивать как свидетельство того, что Атамбаев все же хочет остаться в памяти народа как настоящий президент.

Он правильно сказал, что Кыргызстан – это один большой айыл, где все про всех знают. Знаем мы если не все, то многое и про самого президента. И хочется думать, что летом следующего года, в том же самом месте традиция иссык-кульских пресс-конференций будет продолжена, а Атамбаева на ней хочется встретить еще более уверенным, готовым похвастаться новыми достижениями, и не только в личном творчестве, очистившим от «мин» не только Конституцию, но и свое окружение, про которое народ уже открыто возмущается. Ну, Кыргызстан же один большой айыл, и все про всех знают…

Азамат ТЫНАЕВ.

Фото Султана Досалиева, president.kg

Разговоры об изменении Конституции традиционно выносятся на поверхность в период, когда встает вопрос о предстоящей очередной или угрозе внеочередной смены власти. Не стал исключением и нынешний период. Очевидно, что озвучиваемые президентом А. Атамбаевым и рядом других политиков, предложения и/или размышления о конституционной реформе, связаны с их страхами и опасениями.

Сложно сказать чего в них больше — размышлений о будущем страны, о личной безопасности, тревоги за дальнейшую судьбу своего политического окружения и их бизнес-проектов, желания и дальше оставаться в политическом тренде и влиять на политику страны. Наверное, всего понемногу. Цель настоящей статьи, однако, не разбираться в том, что по-настоящему движет желаниями изменить Конституцию. Цель – показать какие последствия могут быть от конституционной реформы и какова ключевая политическая, по мнению автора, проблема стоит перед страной.

Что предполагается поменять?

Форма правления является очень важным элементом в любой политической системе. Она определяет способы формирования и взаимодействия между собой высших органов государственной власти. Нынешняя форма правления в Кыргызстане тяготеет к парламентской, но также имеет элементы полупрезидентской системы. С определенной долей условности нашу систему можно назвать парламентской.

Однако не только форма правления влияет на ситуацию в стране. Очевидно, что многое зависит от степени развития общества, государственных институтов, политических партий и конкретных личностей, находящихся у власти. Приведу пример – в России при Ельцине и Путине конституция и форма правления были одни и те же. Однако, уровень влияния президента на принимаемые управленческие решения, да и вообще, на всю общественную жизнь при этих двух руководителях кардинально различаются.

Говоря о конституционной реформе в Кыргызстане, президент А. Атамбаев не разъясняет, какие конкретно изменения он имеет в виду. Возможно речь идет об уменьшении властных полномочий президента по назначению и отправке в отставку глав ГКНБ, Генеральной прокуратуры, Минобороны, а также возможно подразумевается снижение влияния президента на внешнюю политику и судебную систему. Следует отметить, что все эти изменения носят хоть и важный, но не фундаментальный характер.

Фундаментальными являются изменения, касающиеся смены формы правления. В этом случае Кыргызстану, по логике вещей, следует двигаться в сторону перехода к чисто парламентской республике. При такой форме правительство формируется и отправляется в отставку парламентом (это у нас уже есть) и президент избирается не всенародно, а парламентом (это предстоит сделать). Однако, как заявлялось некоторыми политиками, в частности О. Текебаевым, А. Атамбаев твердо выступает за то, чтобы президента по новой конституции, если такая будет, по-прежнему избирал народ. То есть президента в любом случае будет избирать народ, а не парламент.

В силу вышесказанного возникает вопрос, если такие важные государственные институты как спецслужбы, оборона и внешняя политика уйдут из-под влияния президента, то зачем тогда президента избирать всенародно? Получится, беспомощный глава государства, который в силу всенародного избрания и поэтому широкой легитимности, скорее всего начнет претендовать на власть гораздо большую, чем это позволяет Конституция. Именно это несоответствие несет угрозу дальнейшего разрушения конституционного порядка в стране, посредством поползновений президента на конституционные полномочия других ветвей власти и стремления изменить конституцию. Если же не менять полномочия президента и/или не отменять всенародное избрание президента, то что принципиального будет меняться и зачем тогда вообще трогать Конституцию?

Что будет если поменять?

Предположим, что все-таки будет принято решение перейти к чисто парламентской системе и Конституцию поменяют. Возможно, это даже даст положительный импульс для развития страны. Но есть также много аргументов и в пользу обратного. А у нас, как известно, если возможен негативный сценарий, то он скорее всего и сбудется.

Я согласен с тем, что полупрезидентская республика в целом более склонна к авторитаризму, узурпации власти со стороны одного лица – президента. Современная история Кыргызстана наглядно это показала. Но здесь следует указать, что та полупрезидентская республика, которая была у нас при прошлых режимах (Акаева и Бакиева), уже не существует. То была президентско-парламентская система, названная так известными политологами Шугартом и Кери для того, чтобы отразить непонятность этой системы в отношении того, кто – президент или парламент – отвечает за деятельность правительства при общем доминировании президента как в отношении нормотворчества, так и относительно исполнительной ветви власти. Нынешняя система, хоть и является смесью парламентской и полупрезидентской, в значительной мере перераспределяет власть в пользу парламента. То есть институциональные риски для возникновения авторитаризма при такой организации власти существенно снижены.

Я также согласен и с тем, что парламентская форма правления создает более подходящие условия для развития демократических институтов, поскольку она рассчитана на участие в принятии политических решений большего количества лиц и институтов. Однако, если кто-то думает что переход к чисто парламентской системе автоматически решит все наши проблемы, то он глубоко ошибается.

Опыт целого ряда стран показывает, что не только, а порой не столько авторитаризм, является проблемой в развитии страны. Гораздо большим злом могут выступать коррупция и олигархическое правление, которые при формально демократическом режиме, ведут к стагнации в экономике, росту недоверия к правовой организации общества и долговременной дестабилизации политической обстановки.

Наглядным примером может служить Молдавия. В этой стране парламентская форма правления. Формально власть находится в руках не одного человека, а у политических партий, которые демократическим путем попали в парламент. Однако, политический плюрализм и отсутствие явного авторитаризма на практике привели не к процветанию, а к многолетнему политическому и экономическому кризису, разгулу коррупции и, как следствие, широким гражданским волнениям.

Причиной всему этому послужила не «неправильная» форма правления, а недостаток ответственных и честных политиков. В Молдавии, по оценке экспертов, имеет место так называемое олигархическое или плутократическое правление, когда несколько групп влиятельных политиков и бизнесменов входят в сговор, с целью извлечения максимальной выгоды из своего положения во власти. Как показывает практика, олигархические группы легко находят общий язык, делят сферы влияния и правят страной, для видимости попеременно сменяя друг друга во власти. Под внешними демократическими лозунгами и при формальном отсутствии авторитарного правителя, страна фактически имеет правление нескольких семей влиятельных олигархов, представленных в парламенте своими партиями.

Создадут ли изменения конституции гарантии для экс-президента?

Все хорошо понимают, что забота о будущем страны только одна из причин, почему говорят о конституционной реформе. Еще одним поводом для нее является желание обеспечить безопасность для экс-президента и его команды после ухода с должности, а также возможное сохранение власти и влияния экс-президента. Вероятно предполагается, что, забрав у президента ряд полномочий и передав их доверенному премьер-министру, экс-президент сможет каким-то образом сохранить за собой политическое влияние.

Однако реализация такого варианта представляется маловероятной. Если говорить коротко, то никто не даст никаких гарантий, что новый премьер будет защищать и во всем слушаться экс-президента. В самом деле, вариант «тандема», который был в России у нас не пройдет. Не та страна, не те ресурсы, все не то. Кыргызстан гораздо более динамичная и одновременно непредсказуемая в политическом плане страна. У нового премьер-министра будет только одна причина считаться с экс-президентом – если А. Атамбаев сохранит свое влияние на Жогорку Кенеш. Возможно ли это после его ухода с поста? В том объеме как сейчас, однозначно нет. Не имея в руках рычагов правоохранительной системы, экс-президенту будет сложно, а фактически невозможно добиться полной лояльности к себе со стороны чутко реагирующих на силу парламентских фракций.

Возможно, гарантии безопасности и сохранения влияния экс-президента предполагается получить иным путем, а именно через повышение политического плюрализма, присущего парламентской системе. Т.е. вероятно предполагается, что для того, чтобы наступить на интересы экс-президента нужно быть очень сильным и сконцентрировать в своих руках всю широту власти, а парламентская система никому не даст это сделать.

Это глубокое заблуждение. Для того, чтобы стать угрозой для экс-президента вовсе не надо быть диктатором. Тем более, что наши политические элиты крайне гибкие и они кинутся искать себе сильных союзников уже на следующий день после очередных президентских выборов. В некотором смысле этот процесс начался уже сейчас.

Тогда зачем менять?

В силу вышесказанного становится очевидным, что косметическая реформа конституции (перераспределение некоторых полномочий в пользу премьер-министра) не сможет дать сколько-нибудь существенных гарантий ни президенту, ни его окружению.

Переход к чисто парламентской системе также не является автоматической гарантией быстрого и устойчивого развития страны, равно как и обеспечения гарантий безопасности президента. Более того, переход к чисто парламентской системе с существующей незрелой политической элитой влечет за собой новые, значительные риски для страны. Тогда зачем вообще трогать нынешнюю Конституцию?

Аргументы в пользу стабильности

Являясь сторонником стабильной Конституции, я вовсе не хочу сказать, что ее нельзя менять вообще. Конституцию конечно можно менять, но только в том случае когда необходимость для этого по-настоящему созрела, а последствия таких изменений достаточно хорошо продуманы. На нынешнем этапе политического развития страны, на мой взгляд, конституционная реформа не нужна и даже может быть вредна для страны. Тем более все помнят, что нынешняя политическая элита договорилась, а общество эти договоренности поддержало, не менять конституцию до 2020 года, а договоренности надо выполнять.

Более того, анализируя нынешнюю систему, я вижу в ней немало положительных моментов. В условиях незрелости политической элиты, продажности и малообразованности значительной ее части, в стране должен быть институт, который является противовесом парламенту.

Парламент, в силу своей природы, коллегиальный орган и это хорошо. Но коллегиальность порой предполагает недостаток или даже полное отсутствие личной ответственности. При этом, когда депутатами являются люди, многие из которых мало подходят для такой ответственной работы, работа парламента может вести к росту популизма, олигархического правления и неспособности решать задачи, стоящие перед страной.

Реальной опасностью для Кыргызстана при парламентской форме правления может стать олигархический сговор, по примеру молдавского. Кстати говоря, некоторые элементы олигархического правления мы наблюдаем уже сейчас, когда выборы проходят демократически, а к власти приходят одни и те же коррупционеры и популисты. В случае расширения этого процесса мы будем обречены на долгие годы кризиса, где вроде нет виноватого в одном лице (как было в случае с Акаевым или Бакиевым), но все вокруг продолжает загнивать.

В этих условиях обязательно нужен институт, способный уравновешивать безответственный парламент. Институтом, который реально уравновешивает парламент, а иногда и подталкивает его к конструктивной работе, может являться только всенародно избираемый президент.

Конечно, у института всенародного президента есть и ряд потенциальных минусов. Главный из них – риск узурпации и злоупотребления властью. Поэтому полномочия президента, в свою очередь, должны быть ограничены парламентом.

Примерно такая система, худо ли бедно ли, но постепенно складывается у нас при ныне действующей конституции. Рисков по-прежнему остается много, но сама система способствует тому, чтобы ни президент, ни парламент не переходили красную черту, за которой могут начаться необратимые процессы народного гнева и насильственной смены власти.

Воспитание элит и позитивный прецедент

Таким образом, на мой взгляд, основной проблемой страны на сегодняшний день является не несовершенство конституции, а незрелость политической элиты, которая при любой форме правления будет работать плохо и ориентироваться на личный, а не публичный интерес.

Известно, что все партии, включая СДПК, перед недавними парламентскими выборами говорили, что приведут новых и чистых политиков. Где эти новые политики? За исключением отдельных депутатов, большинство из них пришли со старыми мыслями и методами действий. Проекты по обновлению политической элиты с треском провалились.

Формировать новую элиту гораздо сложнее, чем клепать конституционные поправки. При Акаеве и Бакиеве много раз меняли Основной закон. Помогло ли это им и стране, и к чему это в конечном счете привело мы хорошо знаем.

Если А. Атамбаев станет первым президентом, сумевшим подняться над своими опасениями и не будет трогать Конституцию, то уже по одному этому признаку он войдет в историю Кыргызстана под большим знаком плюс. Будет заложен хороший прецедент для будущих президентов. А именно на таких прецедентах и строится позитивная история страны.

Тамерлан ИБРАИМОВ, член политсовета политической партии «Жаран».

- Ширин, почему вас не оказалось среди тех 95 депутатов прошлого созыва, которые вновь решились идти на выборы? На взгляд многих, вы были одним из позитивных символов ушедшего Жогорку Кенеша – развили политический Твиттер, боролись с фармацевтической коррупцией, заостряли внимание на насилии против детей, были вызовом косности и деградирующему традиционализму в парламенте…

- Когда мои коллеги начали обсуждать свои дальнейшие действия, все разговоры в основном сводились к денежным суммам. Я всегда была маргиналом в своей фракции [«Ата Мекен»], и больше всего мне хотелось тихо уйти. Осознав, что я могу безболезненно распрощаться со своим депутатским статусом, испытала огромное облегчение.

- Хорошо известно, что у вас были определенные трения с лидером фракции Омурбеком Текебаевым. Вы можете сказать, что и его отношение сыграло свою роль в таком решении?

- Прежде всего, я считаю «Ата Мекен» своей партией, и себя считаю социалистом. А что случилось с ними, я не могу сказать.

- Поэтому вы пообещали в Твиттере своему другу Дастану Бекешеву из СДПК проголосовать на выборах за него?

- Нет, это не потому что он друг, а потому что он – хороший депутат.

- Бекешев – хороший депутат, а в «Ата Мекене» хороших депутатов, получается, нет? И еще по-другому поставлю вопрос: вы социалист, а голос отдали за социал-демократа?

- Ну, социал-демократы в теории тоже социалисты. Демократические социалисты [смеется]. Я знаю стиль работы Дастана, я уверена, что он будет работать хорошо, не отмалчиваться, не отсиживаться.

- С ним все ясно, давайте вернемся к вам – вы получали перед выборами приглашения от других партий?

- Нет!

- Вы так сказали это, как будто гордитесь этим. Но почему не было предложений? Мне кажется, вы как кандидат в депутаты достаточно притягательная.

- Я достаточно проблемная!

- А с чем это связано? И какие проблемы вы доставляете?

- Я поняла, что в парламенте, если мы говорим о не слишком старых женщинах, нужны презентабельные женщины, которые знают, когда промолчать. Я же оказалась слишком неудобной для системы. Вначале для меня вся эта кухня была безумно интересной, меня тянуло на активность, но со временем я увидела, что все далеко не безрадужно, и мой энтузиазм пропал. Я углубилась в свои депутатские проекты и заботы, которыми не все хотят заниматься, и больше не чувствовала себя частью единого целого. Мне хотелось хоть в чем-то добиться результатов, за которые было бы не стыдно.

- И с высоты своего, может быть – горького, опыта что вы пожелали бы новым депутатам?

- Не ввязываться во фракционное строительство, не дать затянуть себя в выяснение отношений, это все – пустая трата времени.

- Какую оценку вы дадите своей депутатской работе, что запишите в плюсы, что – в минусы?

- Минусов много [смеется]. Быть частью того созыва, и видеть, что ничего не улучшилось, а может даже и ухудшилось, это и есть главный минус, который мы должны все вместе разделить.

- Как воспитанному человеку, вам наверняка трудно говорить о своих плюсах. Давайте я сам назову один из них – это ваша постоянная заостренность на детской проблематике.

- Почему-то все вопросы, связанные с тематикой охраны детства, наталкивались на непонимание и даже неприятие. Я три года была заместителем парламентского комитета по правам человека, и мое предложение об учреждении поста детского омбудсмена не прошло два раза!

- Кстати, а где вы встречали сопротивление этой инициативе?

- Главным противником был, как ни парадоксально, институт омбудсмена. Еще более парадоксальнее, это мои коллеги по фракции. Я даже была вынуждена написать письмо президенту, он направил мое обращение в отдел социальной политики. Я встречалась с двумя сотрудницами аппарата, и они меня уверяли в полной поддержке. По моей информации, 1 июня — к Дню защиты детей, глава государства сам должен был объявить о необходимости этой позиции, но я не знаю, что случилось дальше, в общем – этого не случилось.

- Мы можем говорить после таких фактов, что прошлый созыв ЖК был во многом реакционным, во многом был с приставкой анти-?

- Вы думаете, наш парламент не отражал мнение народа? Ведь многие люди поддерживают странные инициативы и законопроекты парламента. Поэтому он очень хорошо представляет настроения и желания населения. Это касается и геополитических веяний. Может он не отражает позиции условных «пяти человек» в столице, образованных и тонко чувствующих, а в целом вполне соответствует меняющейся коллективной психологии электората.

- Я возражу: а почему тогда автор регрессивного закона об иностранных агентах Турсунбай Бакир уулу не прошел в новый состав? Для многих это стало вселяющим оптимизм предзнаменованием.

- Я не знаю. Но в любом случае этот законопроект вызвал бы отторжение в аппарате президента, поскольку высветил бы кардинальные расхождения с международным сообществом, вконец игнорировать которое мы тоже не можем. И для Атамбаева это стало бы хорошей возможностью хотя бы формально обозначить себя как демократического президента.

- Ну депутаты еще никак не могут распроститься с привилегиями…

- Ну какие там привилегии! Власть – вот самая главная привилегия. Но кроме спикера, ею обладают еще только лидеры фракций. Поэтому все остальное я считаю популизмом.

- Хорошо, но тогда зачем депутату нужен служебный автомобиль в Бишкеке? Этому есть какое-то логическое объяснение, если только это объяснение не принадлежит самим депутатам? У вас самой, кстати, есть служебный автомобиль?

- У меня есть только своя личная автомашина, на которой я и езжу.

- И вы же все успевали делать по своим депутатским делам, может быть, даже больше чем остальные?

- Ну да.

- Тогда вы сами и доказываете, что можно обходиться без персональных машин с личными водителями. Тем более, кризис!

- Моя мама часто говорит об экономии. Но проблема в том, что экономя, мы все равно не можем генерировать средства. Возьмем, к примеру, запрет парламентом деятельности игорных заведений. И кому стало лучше? Можно было решать проблему другими способами, например, запретив своим гражданам посещать казино.

- Для интереса, какая у вас была депутатская зарплата?

- 28 тысяч сомов.

- Тогда зря вы упрекаете участников движения против депутатских привилегий в популизме, потому что минимальную зарплату депутатам они предлагают сделать в 52 тысячи сомов. Просто, наверное, есть разница, как и на что тратить бюджет парламента, который формируется из денег налогоплательщиков.

- Тогда это хорошая инициатива [смеется]. В самом деле, парламент нуждается в демократизации, но он становится все более закрытым, элитарным клубом, пропуском в которым становятся большие деньги. А бизнесменами легче управлять, потому что их не волнуют такие дискурсы, как свобода слова, права человека. Я не абсолютизирую это утверждение, есть ведь и исключения, но общая картина такова. Бизнесменов всегда можно напугать, что у них отберут собственность, активы. Вспомните, как осуждали Адиля Турдукулова, когда стало известно, что у него есть долги. Ну и что? У меня тоже есть долги, но это же не значит, что я не могу быть политиком, работать на интересы народа. Сейчас, когда люди выживают, закладывая в ломбарды даже микроволновки, очень хочется спорить с убеждением, что власть существует только для богатых.

- Вы же тоже стали жертвой большого бизнеса, когда проиграли суд одной фармацевтической компании?

- Это было удивительно, что депутата осудили за то, что он исполнял свою работу. Я думаю, ни у кого уже нет веры в судебную систему. Вот вы говорите о депутатской неприкосновенности. Да ее нет на самом деле. Если достаточно заплатить, то никакой неприкосновенности и не будет. Когда мне нужны были деньги на адвокатов, парламентский профсоюз не смог мне помочь. Тогда зачем он нужен? Зачем мы каждый месяц платим взносы во фракцию по пять тысяч сомов?

- Ну я тем более тогда не знаю, к тому же у нас уже новый парламент, в который пришло много молодых лиц. Как им не потеряться, как не сломаться, как им сохранить свой голос?

- Это в зависимости от того, какой голос был у человека прежде, чего он хочет добиться. Я очень хорошо знаю Жанара Акаева, хорошо знаю Аиду Касымалиеву, которая пока в очереди на депутатство. Конечно, меня немного напрягает, что они в партии власти.

- Вы думаете, их съедят?

- Да нет, никого там не едят [смеется], все там нормально.

- Но вас-то в определенном смысле же съели?

- Но это же не поменяло меня! Если в человеке произойдут внутренние изменения, и он станет таким как они, то тогда эта масса его поглотит. Но если он сохранит свою индивидуальность, свои убеждения и ценности, то все будет хорошо. Насчет себя: конечно, иногда опускались руки. Но я пришла к такому решению – зачем заставлять окружающих тебя ненавидеть, если твои действия не меняют ситуацию? Это не значит, что я капитулировала перед оппонентами и обстоятельствами. Но в любом случае, это хорошо, что в парламент пришел Жанар, будет еще лучше, когда придет Аида. Несмотря на то, что кто-то их критиковал, что они в партии власти. Так же критиковали других молодых ребят, объединившихся с «Республикой – Ата-Журт». Когда я сама пришла в ЖК, меня воспринимали как декоративное оформление большой партии. Может быть, от меня ждали пафосного лоска и пикантных изюминок, что я буду напоминать своим профилем Айтматова. Тогда никто и не подозревал, что у меня есть свое мнение, что я не буду послушным депутатом, что у меня есть силы быть непокорной. В общем, у меня не получилось быть «дочерью» партии.

- А что у вас должно получиться?

- Я бы попробовала себя на выборах в Бишкекский горкенеш, поэтому сейчас меня интересуют вопросы партстроительства.

- Вы собираетесь создать новую партию?

- Я не хочу, чтобы это звучало как-то сенсационно или по-кыргызски – «она создает новую партию!». Просто мне интересно заняться реализацией своих идей, продолжить какие-то наработки, возникшие во время депутатской работы. Четких контуров нет, все пока в идеале. Хотелось бы собрать адекватных и порядочных людей, или самой примкнуть к таким.

- То есть вы уже укушены политикой и собираетесь оставаться в общественной жизни?

- Да, но только с оговоркой, что мне не нужна власть как таковая. Хочется делать что-то полезное. Сейчас я на все смотрю с интересом, и пошла бы работать даже в районную больницу, в органы правовой защиты детей. Мне хочется решать какие-то проблемы, добиваться положительных изменений. Как с теми же делами по «Бактамеду» и диализным аппаратам. Но и биться с системой одной — это очень и очень трудно, поэтому хочется заниматься правым делом вместе с единомышленниками. Поэтому пока я полна романтики – открыть в маленьком подвальчике партию, начать все с низов. Я слишком была окружена атмосферой интриганства и закулисных торгов, чтобы вновь повторять пройденное. Когда в микрофоны говорится одно, а делается другое – такое не для меня.

- Вопрос, который я не могу не задать, будучи журналистом: вы и сама известная медиа-персона, и по своей профессии лингвиста и литературоведа вполне уполномочены отвечать – как вы оцениваете работу прессы по освещению деятельности Жогорку Кенеша?

- Про некоторых депутатов с завидной регулярностью писались статьи, что они прекрасные или наоборот. Я понимаю, что не все журналисты могут жить на свои зарплаты. Наверное, по нынешним временам слишком наивно ожидать, чтобы все писали объективно и независимо. Есть, конечно, и те, кто пишут правду. Но доля заказной журналистики растет, на мой взгляд. Коллеги даже показывали мне SMS-ки от журналистов, которые жаловались на финансовые затруднения и просили их сказать, если они хотят заказать пиар-статьи про себя или против кого-то.

- Ширин, а вы будете скучать по депутатским временам?

- Честно, нет. Иначе я бы снова приняла участие в выборах, логично же? Мне когда-то говорили, что журналисты даже делали ставки, когда я сбегу из парламента. Но я выдержала…

Азамат ТЫНАЕВ, авторская версия интервью для «Интерньюс-Кыргызстан».

Давно известно, что выборы в Кыргызстане проходят не как битва идей и программ по улучшению жизни народа, а как столкновение личностей, их амбиций, административных и денежных возможностей. К сожалению, грядущие в октябре парламентские выборы вряд ли станут хорошим исключением из правил.

Да, в Кыргызстане присутствует политический плюрализм. Он есть даже несмотря на определенное давление на политиков и их приверженцев, открыто критикующих действующую власть. Достаточно взглянуть на пеструю палитру списков политических партий, чтобы убедиться, что в ней присутствуют все: последователи властвующих сил, стремящиеся стать ближе к власти, открыто и рьяно критикующие власть, и те, кто индифферентно относясь к власти и оппозиции, хотят попасть в парламент, думая только о своих сугубо меркантильных интересах.

Однако, политическая свобода в Кыргызстане пока не вылилась в структурированность политического поля по принципиальным идеологическим вопросам. Более того, политическая свобода, завоеванная в результате двух революций (или переворотов), не привела пока к появлению поколения новых политиков, иначе, чем прежние, понимающих степень своей ответственности перед обществом. На арене главные роли играют все те же люди и желание уйти на политическую пенсию у них не просматривается.

Для того, чтобы убедиться в справедливости сказанного выше, нужно взглянуть на программы политических партий и – это главное – на персональный состав партийных списков, представленных в ЦИК для участия в выборах.

Взглянем на ключевые посылы, с которыми партии идут на выборы. Семерка, партий у которых имеются наибольшие шансы попасть в новый Жогорку Кенеш, — СДПК, «Ата-Мекен», «Республика-Атажурт», «Кыргызстан», «Бир бол», «Бүтүн Кыргызстан-Эмгек», «Өнүгүү». Есть еще, конечно, «Замандаш», «Ар-Намыс», «Азаттык», «Мекен Ынтымагы» и т.п., но их шансы на попадание в парламент выглядят явно призрачными. И дело тут вовсе не в их программах или даже одиозности некоторых политиков в их рядах. Одиозных политиков хватает во всех партиях. Выборы выигрывает тот, кто работает на местах, у кого в каждом регионе есть свои представители и активисты, способные убеждать людей, собирать их голоса и отстаивать собранное перед лицом конкурентов. У первой семерки такие возможности явно выше, чем у других.

Итак, о посылах партий. Главным посылом, на котором президент А. Атамбаев неоднократно делал акцент – с партией СДПК в парламент придет новое поколение политической элиты. Взглянем на партийный список этой партии. Новой политической элитой там не пахнет. Есть старые политики, потенциал которых давно известен, есть имена неизвестных людей. Старую политгвардию нельзя назвать новой, потому что от этого явно разовьется когнитивный диссонанс, а неизвестных людей сложно назвать элитой потому, что до этого еще дорасти надо. Может замысел в том, что, либо старые раскроются по-новому, либо неизвестные внезапно проявят себя? Надежды, надежды…

Еще одним важным посылом партии власти является стабильность и развитие, толчок которому дал лично президент А.Атамбаев и его партийные сторонники. Сложно спорить с тем, что после 2010 мы живем в период относительной стабильности. По крайней мере, переворотов и существенных социальных катаклизмов не было. Однако, стало ли это основой для реального развития – вопрос крайне дискутабельный в обществе. Развитием для отдельных политиков, а вернее их социального и материального капитала – да, но стало ли развитием для всего общества?

Отдельные политики и приверженцы СДПК, а их, кстати говоря не мало, несомненно будут отстаивать на выборах достигнутое в политике статус-кво. Голоса бюджетников, этнических меньшинств и пенсионеров скорее всего тоже уйдут к партии власти. Кроме того, СДПК, являясь партией одного лидера, по-прежнему может положиться на харизму и смелость А.Атамбаева, который в разные времена был практически единственным активом всей этой политической организации. Иными словами, у СДПК есть все шансы получить наибольшее количество мандатов в новом парламенте. Но будет ли это началом новой политики? Причин, чтобы надеяться на это, пока не много.

Основным оппозиционером партии власти выступает партия «Ата Мекен». Ирония в том, что «Ата Мекен» последние годы стабильно входит в парламентскую коалицию большинства вместе с СДПК. Тем не менее О.Текебаев, единоличный лидер партии, умудрился приобрести имидж оппозиционера власти. Это еще раз говорит о том, что в кыргызской политике важны не формальные заявления и политические платформы, а личностные отношения и амбиции политиков. «Ата Мекен», с точки зрения ключевых посылов, не менее, а, пожалуй, и более противоречивая партия, чем СДПК.

Пытаясь обрести симпатии избирателей, О. Текебаев постоянно выходит с лозунгами крайне левого характера. Чего стоит его предложение о национализации Кумтора или узаконивания земельных наделов самозахватчиков. Что это: популизм или убежденная позиция главного социалиста страны? Если взглянуть на программу «Ата Мекен», то она изобилует такими фразами как «социальное государство», «мы за рыночные отношения, но против рыночного общества», «нужно поставить частную собственность под политический контроль государства». Такие вещи не стоит читать на ночь глядя, иначе рискуешь увидеть, как призрак коммунизма вновь заносит свою дряхлую руку над страной. Если же утром, за чашкой буржуазного кофе, посмотреть на персональный состав партии, то в глаза бросается имя Д.Оторбаева, репутация которого никак не вяжется с радикальным социализмом — либерал во всей своей красе.

Хорошо известен афоризм, что суровость наших законов, компенсируется необязательностью их исполнения. Применительно к партийным программам его можно перефразировать так – радикальность партийных программ, компенсируется формальным к ним отношением и прежде всего самих партийцев. У «Ата Мекена» определяющим на выборах будет, так же, как и у СДПК, не партийная программа, а то как и на какие средства отработают представители партии на местах. И в случае с «Ата Мекеном» думается — ну и слава богу.

В партии «Ата Мекен», можно сказать, собрались махровые социалисты, отъявленные либералы, закоренелые националисты, конченые бюрократы и заклятые борцы с коррупцией. И все они как-то уживаются в одном котле — вот что значит стремление к власти. И у «Ата Мекен» есть все шансы вновь оказаться в парламенте – креативность О.Текебаева будет тому способствовать.

Партия «Республика-Атажурт» – характерный пример причудливости партийных альянсов. Еще вчера жестко критикующие друг друга два политика, сегодня объединились в неугасаемом стремлении сделать жизнь кыргызстанцев лучше. Логика понятна, объединяются север и юг. Кстати говоря, во всех других партиях эта логика также ясно прослеживается. С новыми трендами у этой партии не густо. Основным посылом стала вытащенная на свет идея, давно набившая оскомину, об очередной конституционной реформе. «Конституция, которая изменит Кыргызстан», гласят плакаты этой партии. Из осведомленных источников стало известно, что проектов новой конституции у этой партии не один, а целых два. То есть, даже сам О.Бабанов, который задумал конституционную реформу, не знает какая из них будет менять наш Кыргызстан. Из сильных сторон этой партии следует отметить несомненный организаторский талант Бабанова, который в нужный момент умеет мобилизовать людей, а также относительно хорошая представленность партии во всех регионах страны.

Партии «Кыргызстан» и «Бир Бол» во многом похожи друг на друга. Обе появились недавно, обе ориентированы на финансовые возможности крупных предпринимателей, в списках обеих много имен бывших чиновников. Еще одним, объединяющим фактором является то, что к составлению списков обеих партий приложили руку те, кто сейчас находятся во главе властной пирамиды республики. Некоторые, острые на язык эксперты, называют их партиями-клонами от СДПК. Справедливости ради, следует отметить, что не только их называют клонами. Партии «Замандаш», «Бутун Кыргызстан-Эмгек» и «Республика- Атажурт», по мнению многих, также получили путевку в жизнь с одобрения сверху и их списки формировались тоже под контролем сверху. Впрочем, это не принципиально. Даже если правда, что эти проекты спущены из белого дома, ничто не дает гарантий, что через короткое время эти партии не начнут выходить из-под контроля власти. Мы это уже проходили и будем проходить не раз.

Что касается программ «Кыргызстана» и «Бир бол», то они имеют яркую оболочку, которая, по задумке политтехнологов, должна привлечь внимание избирателей. «Прыжок барса», по мнению «Бир бол», должен вывести нашу страну на новый этап экономических и политических реформ. «Семь шагов», который помогут построить «100 заводов», по утверждению «Кыргызстана» изменят облик республики до неузнаваемости. Верят ли этому граждане? Надо спросить у них. Мне почему-то кажется, что даже сами члены указанных партий плохо знают свои программы и уж тем более не верят в практическую реализуемость провозглашенных целей. Сильные стороны у этих двух партий – наличие серьезных финансовых ресурсов и относительно хорошая представленность во всех регионах страны. Вот только играют они на одном поле и явно будут мешать друг другу.

Партия «Бутун Кыргызстан-Эмгек» — тоже результат союза Юга и Севера. В плане артикулирования, пусть даже и формально, своих идеологических приоритетов она серьезно проигрывает оппонентам. Приверженность неоконсерватизму, о чем неоднократно заявляли лидеры партии, мало что говорит избирателям.

Два лидера этой партии хорошо известны электорату и в этом их плюс. Но им явно не хватает активности, идей и креативности. Такое впечатление, что эта партия ленивых политиков, которые надеются на авось и свой, хоть и недостаточно многочисленный, но проверенный электорат. С такими шапкозакидательскими настроениями и несложным трудовым графиком им будет трудно пройти в парламент. Хотя, эта партия по-прежнему в группе фаворитов, поскольку электорат А.Мадумарова и финансы А.Салымбекова все еще могут творить маленькие чудеса.

Партия «Онугуу-прогресс» — ярко выраженный пример региональной партии, имеющей хорошие позиции в Джалалабадской области. По какому-то недоразумению она не вошла в альянс с другими политическим образованиями, что могло существенно усилить ее. Тем не менее, даже в таком виде эта партия неплохо смотрится среди лидеров избирательной гонки. Конечно, шансов пробиться в парламент у нее поменьше, чем у вышеперечисленных, но они есть. «Онугуу» делает упор на свои практические проекты в сельском хозяйстве – создание МТС и лизинг. В последние месяцы получил известность проект «Светлый город», в результате которого целый ряд городских дворов получил освещение над подъездами. Будут ли избирателям до лампочки, приложенные партией усилия, мы очень скоро узнаем. Что-то мне подсказывает, что нести свет в жизнь горожан не достаточно для того, чтобы светиться потом в парламенте. Для победы на выборах нужны еще и другие составляющие, например, широкая представленность партии и наличие авторитетных приверженцев по всей стране, а над этим партии «Онугуу» еще работать и работать.

Оставшиеся 7 партий, которые будут участвовать выборах, конечно, тоже имеют шансы пробиться в парламент, но они представляются мне чисто гипотетическими. Совокупность финансовых, административных, организационных и человеческих ресурсов этих партий вряд ли позволит преодолеть им 7-процентный барьер на выборах. Кстати говоря, Ф.Кулов, лидер партии Арнамыс, был одним из тех, кто ратовал за повышение избирательного барьера. Возможно, как это уже было не раз с политиками-реформаторами избирательного законодательства, это изменение бумерангом ударит по тем, кто думал, что делает лучше для себя, а получилось наоборот.

Сознание электората

Что касается сознания электората, изменилось ли оно, то судить об этом не просто. Если следовать принципу — каков спрос, таково и предложение – то существенного изменения за последние пять лет не произошло. Все тот же регионализм, все те же родовые и территориальные маркеры, все та же ставка на местных авторитетов, включая криминальных, а также зависимость от толщины избирательного кошелька. Главным лейтмотивом партийных объединений на нынешних выборах стала не идеологическая схожесть партийных программ, а схема Север-Юг.

Голосовать 4 октября будут как и прежде – за своего (по территориальному, родовому и национальному принципу), за своих (по принципу выгодности с точки зрения карьерного роста или защиты бизнеса), за тех, кого рекомендуют родственники и авторитеты, за того кого видится меньшим злом, чем другие. Идеология партий, при голосовании, будет играть менее значительную роль, чем все вышеперечисленные факторы.

Вместе с тем известно, что нельзя войти в одну реку дважды. Даже на фоне широко распространенного недоверия избирателей в отношении программных обещаний партий и их, зачастую, бессменных лидеров, заметен рост требовательности в отношении политических организаций. Люди стали менее наивны и более рациональны в своих отношениях с партиями. Единственная проблема, которую избиратели не могут решить – если нет такой партии, кому по-настоящему веришь, то приходится выбирать из того что есть. Нынешние выборы, по всей видимости, пройдут именно под этим негласным лозунгом.

Заключение

В заключение следует отметить, что даже несмотря на то, что списки всех партий грешат бывшими чиновниками, с подмоченной репутацией, представителями криминального мира, одиозными политиками и нынешними депутатами-рыбами, которые ничего не умеют делать, в списках партий имеется и некоторое число новых людей, которые обладают перспективой начать работать честно и на хорошем профессиональном уровне.

Такие люди попали в списки многих партий не по их идеологическому, а по иному, случайным образом, определенному принципу. Как будто кто-то свыше, поверх круто заваренного бульона из обанкротившихся политиков, бросил щепотку из людей, которые хотят и могут работать на благо общества. На них, а не на партии вся надежда общества. Если бы таких людей в парламенте набралось критически необходимое количество, то они смогли бы заставить партии работать в парламенте по-новому.

Тамерлан Ибраимов, директор Центра политико-правовых исследований.

Постоянный адрес материала:  http://cabar.asia/ru/kyrgyzstan/421-tamerlan-ibraimov-analiz-predvybornoj-situatsii-v-kyrgyzstane

Фото из Интернета.

«Чтобы она была еще хуже, Конституцию постоянно следует улучшать», Мечислав Шарган.

Цена голоса

Прописная истина — политики близки к народу только во время избирательных кампаний. Да что там «близки», ноги целовать готовы, лишь бы добиться голосов. Это настолько банальная реальность, что и электорат давно привык использовать свою необходимость будущим депутатам. Правда, моментом этим все пользуются каждый на свой лад. Кто-то выцыганит трансформатор для своей улицы — уже профит! В селах ставки обычно покрупнее — мост проложить или что-нибудь в таком же духе. Хотя есть и «совестливые» аилы — свои требования ограничивают только покупкой юрты, чтобы во время похорон земляков не приходилось выпрашивать чужие у соседей.

В общем, пока кандидаты тепленькие и добренькие, важно не профукать шансы продать голоса подороже. Винить никому и ничему не верящее население трудно. Потому что такое внимание к нему случается лишь раз в пять лет, а потом даже и имени не спросят. Но и соглашаться с такой практикой людям с гражданскими убеждениями нельзя. Потому что продавать свой голос за подачки, за кусок мяса и бутылку водки — что может быть хуже и постыднее? Тем более, что общество может и должно использовать свое положение другими способами, нежели добровольно позволять подкупать себя, низводя себя, таким образом, до скотского состояния.

И один из таких способов — добиваться от партий и каждого кандидата в отдельности по-настоящему важных, коренных, судьбоносных предвыборных обещаний, касающихся будущего развития, стабильности и благополучия страны в целом. Для меня выбор сделан: я буду требовать, и как гражданин, и как журналист, двух принципиальных обещаний — защищать целостность Конституции и отстаивать ее неукоснительное соблюдение (это обязательно даже в случае проигрыша), а также, в случае победы и прохождения в парламент, добиться отмены а) всех незаконных льгот и привилегий; б) всех законных, но неоправданных и излишних льгот и привилегий, полагающихся депутатам Жогорку Кенеша Кыргызской Республики.

Хрупкий компромисс

Теперь по пунктам. Почему имеет такое значение защита Конституции? Во-первых, мы уже не раз становились свидетелями ее изменений. И каждое изменение Основного закона всегда делало власть сильнее, а общество — слабее. А мы на примере уже двух революций окончательно убедились в том, что это такое — сильная, но неконтролируемая власть. Это бесконечный передел экономической собственности, это открытое рейдерство чужого бизнеса, это потерянные инвестиции и отток капиталов, это судебный произвол, это атака на свободу слова, это заказные убийства, это моральное разложение и социальная апатия населения, и это всегда — ослабевание государственных устоев и угроза национальной безопасности.

Мы были свидетелями, как ценой больших усилий и консолидации здоровой и еще сохранившей дееспособность части гражданского сектора этим летом удалось отстоять позиции — не дать развращенным властью чиновникам из президентского окружения и парламентским лидерам молниеносно провести очередные изменения в Конституцию на фоне молчания беспринципного и лакейского Жогорку Кенеша за редким исключением считанного количества депутатов. Плоха или хороша эта Конституция, но в 2010 году она стала хрупким компромиссом в нашем дефрагментированном обществе, она стала нашей тяжелой платой за стоявшую перед всеми нами угрозу гражданской войны, она стала авансом продолжения демократического развития Кыргызстана.

И главное — эта Конституция действительно написана кровью наших соотечественников, погибших пять лет назад 7 апреля на площади Ала-Тоо. Она написана кровью тысяч жертв бессмысленной бойни на юге страны в июне того же года, допущенной безответственными и продажными политиками как внутри страны, так и за ее пределами. Она орошена слезами матерей и детей тех, кто уже не смогут ничего сказать и сделать ни в свою защиту, ни в защиту конституционного порядка и самого Основного закона. И какими моральными аутсайдерами и клятвопреступниками нужно быть, чтобы игнорировать один из главных инструментов сохранения доставшейся нам такой большой ценой Конституции — моратория на внесение в нее изменений до 2020 года?

Конституционные грабли

Однако президент Алмазбек Атамбаев недальновидно пообещал, что в скором времени власти вновь вернутся к этому вопросу, и тем самым сохранил тлеющим фитиль общественного недовольства. Хотя после того, как главный лоббист конституционной перекройки, бывший руководитель его аппарата Данияр Нарымбаев оказался в заключении по тяжкому обвинению, глава государства должен был понять: не в Конституции дело, а в том, кто и как ее исполняет. Атамбаев должен был понять, что мания перераспределения конституционных полномочий судебной, законодательной и исполнительной ветвей власти, которой были одержимы его предшественники (и за что они жестоко поплатились), должна быть намертво отсечена от его исторической миссии — стать президентом-демократом, президентом-объединителем нации.

Почему политические верхи Кыргызстана настойчиво заняты дележом влияния и только в этом видят необходимость бесконечных изменений Конституции? Почему они не уделяют все свое внимание и энергию другим и по-настоящему важным пунктам Основного закона? Если бы вместо политиканских игр по перетягиванию каната власти в свою сторону они занялись бы реализацией заложенных в главном своде законов государства гарантий на работу, личную безопасность, охрану здоровья, наличие собственного жилища, качественное образование и защиту всех остальных прав и свобод КАЖДОГО жителя Кыргызстана, представьте, в какой сказочной стране мы стали бы жить?! А теперь оглянитесь вокруг и скажите: и где живем мы вместо этого?

А достойны ли мы этой жизни? Достойны ли мы таких чиновников и депутатов? Вернее, достойны ли они, чтобы руководить нами, решать за нас? Конечно же, нет! Точнее, пока — нет. Поэтому когда с 4 сентября все кандидаты в депутаты Жогорку Кенеша начнут стучать в ваши двери, начнут смотреть на вас со всех телеэкранов и обращаться со страниц газет со своими предвыборными обещаниями, спросите их — обещают ли они защищать Конституцию, гарантируют ли они вам, что не поддадутся на любые ухищрения, направленные на ее изменения? Клянутся ли они неустанно работать над тем, чтобы продекларированные в Основном законе ваши человеческие и гражданские права были превыше всего, а особенно — превыше полномочий власти?

«Я, Атамбаев Алмазбек Шаршенович, вступая в должность Президента Кыргызской Республики, клянусь перед Богом и перед своим народом справедливо осуществлять полномочия главы государства, охранять права человека и гражданина, строго следовать Конституции Кыргызской Республики, защищать единство народа, целостность и безопасность государства».

АТАМБАЕВ Алмазбек Шаршенович,
Президент Кыргызской Республики.

Конвейер халявы

И теперь перейдем ко второму пункту — о полной и безусловной отмене всех прописанных и не прописанных льгот и привилегий народных избранников. Этот вопрос неразрывно привязан к вопросу уважения Конституции и служения ей всеми, кого мы наделяем властью. Да, в современном мире политика стала почти профессией. И как всякое профессиональное занятие, оно должно обеспечивать его обладателей условиями для жизни. Но эти условия должны быть обоснованными и зависеть от продуктивности работы. А ведь сейчас все условия депутатов, включая зарплату вместе с кучей прочих надбавок и премий, служебный автотранспорт и командировочные расходы, дорогостоящий штат персональных водителей и личных помощников, траты на отдых и лечение — все это не зависит от их результативности. Все это ограничивается только их бессовестной фантазией и неудержимой жадностью.

При том, что в депутаты идут, как правило, люди уже не бедные, и словно в издевательство всему обществу, часто вовсе не достойные представлять народ. Но опять-таки — они тупо покупают свои места в парламенте, пять лет отбивают затраченные средства, да еще и с прибылью, а потом часть коррупционно нажитого вновь тратят на следующие выборы и так без конца! А незаслуженные льготы и привилегии для таких «хозяев жизни» — это так, на семечки. Вспомните, как практически в открытую идут торги за место омбудсмена, как бегают кандидаты в судьи по кабинетам депутатов с мешками денег для своей поддержки, как расплачиваются за необходимые голоса претенденты на другие «жирные» должности и места.

Словом, это настолько ясная ситуация, что в большинстве случаев даже нет необходимости прибегать к помощи аргументов, почему депутатов нужно строить и держать в ежовых рукавицах. У нас в этом плане очень грамотный и остро чувствующий справедливость народ. Это только в высоких политических вопросах он иногда «плавает», но насчет этой проблемы особо объяснять ему не нужно. Тем более, минусование из статуса депутата всяческих привилегий, и особенно иммунитета неприкосновенности, автоматически приводит к потере привлекательности парламентского кресла, а значит — появляется реально действующий социальный лифт, с помощью которого к рычагам управления страной все больший доступ станут получать честные граждане, истинно народные и публичные политики, толковые профессионалы и неподкупные юристы. И только они по-настоящему смогут изменить нашу Родину.

Все еще впереди

Поэтому члены гражданской инициативы «За отмену льгот и привилегий депутатов Жогорку Кенеша», образованной в марте этого года, намерены подготовить текст «Декларации приверженности Конституции и бескорыстного служения народу Кыргызской Республики» и ознакомить с ним все партии и зарегистрированных кандидатов в депутаты ЖК с целью выработки окончательной редакции согласительного документа, носящего характер общественного договора. С момента подписания Декларации всеми изъявившими добровольное желание партиями, она становится для них, особенно для выигравших затем парламентские выборы политорганизаций, обязательной для исполнения программой действий. Действий, направленных на гарантированную неприкосновенность Конституции и полную отмену всех льгот и привилегий депутатов Жогорку Кенеша.

Азамат ТЫНАЕВ, участник общественного движения «За отмену льгот и привилегий депутатов Жогорку Кенеша».

История вопроса:

Податели иска отмечают, что «Ата-Журт» была создана и зарегистрирована в министерстве юстиции Кыргызстана в 2006 году, успешно выступила на парламентских выборах в 2010 году, получив наибольшее по сравнению с другими партиями количество мандатов. Недавно «идеалистическо-демократическая партия Ата-Журт», как она называлась официально, объявила о слиянии с партией «Республика» и сейчас представила в ЦИК объединенный список кандидатов.

При этом, по словам истцов, Камчибек Ташиев, лидер «Ата-Журта», принял данное решение самостоятельно, не поставив в известность других учредителей и не поинтересовавшись их мнением. Поэтому возмущенные атажуртовцы обратились в суд с требованием отменить решение о слиянии двух партий, а также признать незаконным решение Минюста о регистрации новой политической структуры – партии «Республика-Ата-Журт». Если суд встанет на сторону истцов, то новая партия может лишиться возможности участвовать в парламентских выборах 2015 года.

В настоящее время к участию в парламентских выборах допущены 14 партий: «Замандаш», «Бутун Кыргызстан Эмгек», «СДПК», «Азаттык», «Бир Бол», «Республика-Ата Журт», «Ар-Намыс», «Улуу Кыргызстан», «Аалам — партия беспартийных», «Ата-Мекен», «Кыргызстан», «Онугуу-Прогресс», «Конгресс народов Кыргызстана», «Мекен Ынтымагы».

Только эти политические организации, как сообщил на пресс-конференции 25 августа председатель Центральной комиссии по выборам и проведению референдумов Кыргызстана Туйгунаалы Абдраимов, выполнили требование о внесении в отведенный срок – до 18 часов 25 августа — избирательного залога в размере 5 млн. сомов (порядка $76,5 тысячи). Со списками кандидатов этих партий можно ознакомиться, пройдя по этой ссылке.

Выборы в парламент Кыргызстана назначены на 4 октября 2015 года.

Международное информационное агентство «Фергана»

Ссылка на источник:

http://www.fergananews.com/news/23833

Фото Элеоноры Мамбетшакировой, Радио «Азаттык»

Не радовать этот факт не может. Потому что это практическая демонстрация моих и не только моих утверждений, что отечественная пресса (если не брать в учет отдельные, да и по определению неотъемлемые, негативные ее стороны) давно и прочно стала одной из передовых корпоративных групп общества нашей страны, заметнейшим актором социально-политической жизни государства, драйвером развития гражданского самосознания и позитивных изменений кыргызской действительности.

Персональный состав полпредов СМИ Кыргызстана тоже впечатляющий – сплошь звезды и звездочки, или на худой конец просто добросовестные и скромные рабочие лошадки пера и микрофона. Хотя, как мне сказали коллеги, в ряде партий оказались и те собратья по профессии, которые неоднозначно оцениваются даже в самой журналистской среде, а то и прямо порицаются за беспринципность, продажность и «желтизну». Но я пока не буду об этом судить, поскольку еще не изучил досконально все списки, а некоторых пока еще и нет даже.

Конечно, зная атмосферу внутри наших масс-медиа, я далек от мысли представлять все в розовом свете, и не берусь заявлять, что все журналисты аплодируют массовому нашествию себе подобных в главенствующую ветвь власти. Наоборот, как только в открытом доступе появились кандидатские списки партий, тут же стали раздаваться голоса если и не откровенно против, то достаточно скептически звучащие в адрес коллег с проснувшимся политическим «эго». Причем лично мне понятна и позиция критикующих староверов.

Не сочтите это за конформизм, но мне действительно близко такое биполярное отношение к дискуссии относительно похода во власть настоящую представителей власти виртуальной. И это не из разряда «и нашим, и вашим за пятак спляшем». Это – следствие неразрешимой поныне дилеммы не только для Кыргызстана, но и для всего мира о смысле журналистской миссии, о границах экспансии влияния СМИ и их лидеров. Мы хотим улучшать жизнь, но кому нужна наша работа, а следовательно и мы сами, если она все никак не улучшается?

И я прекрасно понимаю этих дерзких выскочек, со многими из которых я знаком давно и хорошо, решивших покинуть свою зону комфорта, свой естественный ареал раздолбайского существования, журналистского снобизма и ни к чему не обязывающего креативного анархизма. А какая альтернатива этому прыжку с небоскреба амбиций и непонятости окружением? Декадентское угасание, когда чаще роняешь сигаретный пепел в кружку пива, чем выдаешь хотя бы пару толковых абзацев за месяц?

Скажу больше, я и сам рассматривал для себя возможность участия в выборах. И никаких приглашений не ждал, сам нагло заявился к лидеру одной партии, и к крупному функционеру другой – и обе из числа «голубых фишек», фигурально выражаясь. Слава богу, давнее и не шапочное знакомство позволяет, ну и уверенность в своих силах, в том самом политическом потенциале. В одном месте сразу распахнули объятия, но туда я сам решил не идти почему-то, в другом что-то не срослось, а даже срослось бы, не факт, что и там не включил бы заднюю скорость, как в первом случае.

Мне, как оказалось, пока интереснее быть в профессии, потому что остались еще кое-какие важные дела, не закончив которые или хотя бы не поставив на ноги свои начинания, мне трудно было бы честно смотреться в зеркало. Но я еще обязательно буду в политике, даже если меня в ней никто не будет ждать. Человек должен быть там, где он чувствует, что должен быть именно тут, и заниматься тем, чем он больше всего хочет заняться. И поэтому я лично приветствую решение своих коллег и желаю им дойти до назначенной цели.

Они не маленькие, и потому нет нужды давать оценку их шагу вместо них. Я верю, что талантливый человек талантлив во всем. Как я могу сомневаться в друге Кубате Оторбаеве, в коллеге по «Азаттыку» Жанаре Акаеве, в любимице публики Аиде Касымалиевой? Да, они может и не идеальны, и когда что-то не так, я всегда говорю им откровенно и не боясь последствий – что и почему не так. Но не идеален и я, далеко не идеален. Тем более, что сам очень не люблю критику в свой адрес (здесь большой смайлик).

Вообще журналисты идеальны только в команде, будь это редакция или стартаповская банда, президентский пул или даже спонтанная группа в каком-нибудь случайном медиа-туре. И это будет замечательно, если в парламенте окажется целая медиа-фракция, даже несмотря на то, кто в какой конкретно партии на самом деле состоит. Вспомните недавнюю историю: даже единично попадавшие прежде в ЖК журналисты всегда делали погоду в нем – Мелис Эшимканов, Кабай Карабеков, Каныбек Иманалиев.

И Оксана Малеваная, честно говоря, мало запомнившаяся как депутат второго созыва, очень уместна в этом контексте тем, что опровергла бытующее утверждение, будто бы ушедший в политику журналист навсегда потерян для профессии, вернувшись снова в родную стихию и создав два сильнейших телересурса – НТС, а потом и Пятый канал. Так что понимая нигилизм, отчасти оправданный суровой прозой политических будней и их неприглядной изнанкой, других коллег, полностью разделить их многомудрую апатию я не могу и не хочу.

Мы вообще должны бороться за каждого адекватного человека в парламенте, за каждого не испорченного коррупцией патриота, за стесняющегося пользоваться привилегиями гражданина и органически неспособного лгать индивидуума. А настоящий журналист – это как правило носитель всех этих качеств. Да, потом все будет непросто, потом все будет пропитано коллизиями, но все равно нам же потом будет проще сохранять мосты с нашими коллегами для общей пользы, для единого правого дела.

Но и вставшие на скользкий и зыбкий путь политики друзья должны четко понимать, что щекочущие самолюбие первые 15 минут славы пройдут быстро, а лупа контроля и требований, через которую на них будем смотреть мы, оставшиеся по эту сторону границы, будет с каждым днем все больше и больше. И если, не дай бог, начнутся заигрывания с властью, не говоря уже о прогибании под нее, если прокиснет совесть и протухнет нутро, бить будем сильно и безжалостно, именно вас – в первую очередь. И вы это знаете, а если вдруг имеете на этот счет смешные иллюзии, то попрощайтесь с ними прямо сейчас.

Капканов и ловушек будет много, а система давно поднаторела в перемалывании наивного романтизма и независимой самобытности «робин гудов» и «жанн д’арк», и хуже того – ложных ожиданий «маниловых». Ведь работать придется бок о бок с анти-элитой народа, дышать с ней одним воздухом, питаться рядом в общей столовой, каждый день улыбаться ей. Улыбаться, зная, что многие из них воруют миллионами, а некоторые будут еще и вашими непосредственными боссами.

Обязательно спросите их, почему в парламенте нет Ширин Айтматовой, сражавшейся с фармацевтической мафией в одиночку, высказывавшей, пока ее не заткнули, в соцсетях простую правду о царящих в парламенте нравах? Поинтересуйтесь, почему не нашлось места в новом списке партии другому молодежному представителю Данияру Тербишалиеву, безуспешно пытавшегося пробить реформу МВД и не боявшегося идти против мнения лидеров своей фракции? Почему замолчал обещавший стать яркой звездой, но так и не ставший им Жоомарт Сапарбаев?

Но все это у вас еще впереди, к этому еще нужно прийти, для этого надо еще победить. Поэтому пока я лишь хочу обратиться к журналистскому сообществу и призвать его забыть хотя бы на время о разногласиях и различиях. Призвать проявить солидарность и корпоративный дух, и поддержать наших коллег. Конкретно я так и сделаю, и даю свое «бата»-благословение моим друзьям, и даже свой электоральный голос отдаю им, жалея лишь об одном – что он у меня единственный, а нуждающихся в нем коллег больше.

Избиратель Азамат ТЫНАЕВ.